Главная » Статьи. Часть 1

Статьи. Часть 1

Д. Сарыгулов

(Бишкек, Кыргызстан)

Мировосприятие номадов – как мировоззренческая основа новой цивилизации

Глобализация де-факто объединила мир в одно мегаобщество, никогда ранее не существовавшее, которое имеет  свои причинно-следственные  связи,  свои законы развития  и существования.

Сильнейшие  державы мира безуспешно пытаются решать проблемы  мегаобщества,   определять его развитие  с позиций оправдавших  в рамках  своих государств  понятий, методов,  принципов  и подходов, которые,  как показывают  события  в мире за последние  несколько  лет,  не  дают  положительных  результатов.  Более  того, вступая  в противоречие  с иной природой мегаобщества,  они ещё  более усугубляют  обстановку в мире.

Цена  барреля нефти  покорила рубеж 146 долларов, до конца года  прогнозируется  её  дальнейший рост.

Нехватка продовольствия  уже привела к массовым  волнениям  во многих странах мира.

По данным всемирного Банка,  в ближайшие два года существует  угроза суверенитету  более 40 стран.  При этом  ранее  2010г.  не прогнозируется  стабилизация  ситуации с продовольствием.

Последствия глобального  потепления  уже  испытывают  на себе миллиарды  и миллиарды людей  на всех  континентах  планеты.

Глобальные проблемы человечества  (терроризма, наркомании,  работорговли,  неравенства  людей,  экология,  СПИДа  и др.)  подтверждают наступление новой эры в истории человечества  и необходимости поиска ее мировоззренческой основы.

Мегаобщество,  имея только  ему присущие законы  существования  и развития,  требует фундаментально  нового мышления  и новых понятий,  нового миропонимания  к чему сегодня не готовы  не только миллиарды  людей,  но и  политики,  ученые, религиозные  и  общественные  деятели,  лидеры ведущих  держав мира.

Проблемы  мегаобщества  настолько  масштабны,  что ни одно государство мира,  даже самое мощное или любое их объединение (союз) – сегодня уже  не в состоянии их решить.

Всепланетарный характер этих проблем может быть решен только объединенным  усилием   всех стран  и народов планеты (включая,  самые бедные и отсталые).

Но возможно ли это,  а если возможно – то на какой  основе и на какой идее,  на каких принципах и условиях?

Ведь  глобальные проблемы  современного мира  не от Всевышнего, не от Природы – их породило само человечество.

Они есть закономерное  следствие заблуждений и ошибок прошлых и нынешних поколений  людей, не эффективного  (а порой и порочного)  управления  странами и народами, неверного понимания сути человека, его природы и современного  мира в целом.

В глубокой основе этих проблем лежат доставшиеся нам в наследство от прошлых эпох человеческий,   национальный, региональный,  государственный, религиозный,  партийный,  континентальный,  корпоративный эгоизм,  алчность,  не насытность, жадность,  гордыня,  амбициозность  и надменность.

Раздираемый  экономическими,  идейными,  религиозными,  межнациональными  и межгосударственными конфликтами и противоречиями,  мир не в состоянии увидеть и понять,  что его ожидает неминуемый  крах и жесточайшее  поражение в той войне, которую он давно объявил и ведет против Природы ( а значит и против Всевышнего).

Глобальное потепление и вызванные им проблемы (маловодье, засуха, нехватка  продовольствия, кормов,  энергетический  кризис и др.)   сегодня уже негативно отразились  в судьбе большинства  жителей планеты, возвещая о начале краха в войне человечества с Природой.

Эти проблемы пришли намного ранее, чем предсказывались  учеными, и оказались  неожиданными и  более  страшными по своим последствиям.

Мир стал меняться намного быстрее, чем удается сформировать тот или иной научный взгляд  или концепцию, пытающуюся  его объяснить.

Проблемы намного шире и выходят далеко за  рамки концепций «столкновения  цивилизаций», борьбы  идеологий,  межрелигиозных  и внутри  конфессиональных конфликтов и противоречий и т.п.

Человечество вступило в тяжелейший переходный период от старого, господствовавшего  более трех тысячелетий   мировоззрения и миропонимания (которое концентрированно  выразилось в антропоцентризме, антропоморфизме и  антропомеханизме,  нашедших  свое отражение в известных мировых религиях и многих  научных теориях и взглядах)  к новому мировоззрению и миропониманию,  такому, которое  единственно может стать основой новой цивилизации и  соответственно – новой эры в истории человечества.

В мире появились новые условия и обстоятельства, никогда  ранее не имевшие  места на планете.

Первое.  Уже не наука и ученые,  не политики и интеллигенция,  а сама Природа  (т.е. Всевышний)  отвергает  заблуждения,  ошибки и пороки человечества, аккумулированные  в устаревшем  восприятии мира,  уже отсталом понимании сути и природы человека,  общества и государства,  смысла  жизни  и существования  всего живого в этом мире.

Уже Природа отторгает  идеологию капитализма и неоколониализма,  суть которых  заключается в беспредельном  и ничем  не ограниченном  обогащении, расточительстве и неуемном потреблении  (в ущерб  Природе,  будущим поколениям, морали и нравственности).

Развитые страны  проводят  разрушительную  политику   неоколониальной  эксплуатации  бедных и отсталых стран,  усугубляя  социальное неравенство в глобальном масштабе.

Второе.  За всю историю  человечества впервые  время стало  доминирующим  и активным  факторам,  определяющим  судьбы  народов планеты  и их развитие,  т.к. несвоевременное  решение проблем (в экономике,  политике, экологии,  нравственности, социальной сфере  и т.п.)  делает их необратимыми   и в силу  этого непоправимыми.

И первое, и второе  свидетельствует о том, что  Природа перестала  быть пассивной средой обитания людей,  став решающим  и определяющим  фактором в судьбе человечества (парниковый эффект, озоновые дыры,  истощение  ресурсов, массовое загрязнение вод, почв,  атмосферы,  нехватка питьевой воды  и т.п.)

Во многих  отраслях  науки в течение  десятилетий  нет новых и глубоких достижений. Например, в лечении  психических, наследственных, иммунных,  онкологических,  кроветворных  болезней, объяснения сути  и прогнозирования социально-общественных  явлений не наблюдается существенных  результатов.

Успехи во многих отраслях  науки и видах человеческой деятельности  оказались за пределами нынешнего понимания сути  человека, его организма,  устаревшего  взгляда на Природу, место Человека в ней, т.е. находятся за границами  сформировавшегося за последние три-четыре  тысячелетия  миропонимания и мировоззрения,  нашедших  свое отражение  в мировых религиях, философских,  исторических, общественных, естественных  и прикладных науках и априори  воспринимаемых  псевдоистинах, проникших  глубоко  в сознание и подсознание  миллиардов людей,    никогда ими не осмысливаемых  и не оспариваемых.

Очевидно, что глобальные проблемы  современного  мира  невозможно решить ни силой оружия,  ни  силой  денег, поскольку они носят  мировоззренческий  характер.

Их решение  находится  за пределами ресурсов государственной машины. Ни страхом наказания, ни деньгами нельзя  сделать людей добрее, милосерднее, сострадательнее,  честнее, совестливее, порядочнее, отказаться  от вещизма, алчного и неуемного потребления, роскоши,  черствости, бездушия, хамства  и лицемерия.

II.

Восприятие  мира, сперва неосознанное, инстинктивное, на уровне первой  сигнальной системы,  к середине нижнего  палеолита -500 -300тыс.лет  назад, с появлением  второй сигнальной системы,  сменяется  началом его  осмысления и понимания.

Если мозг  питекантропа имел в среднем  объем   870 куб.см, то у синантропа  он увеличился  до 1040куб.см, достигнув  у неандертальца 1300—1600 куб.см  с уменьшением  наклона лба, разрастанием теменной доли, округлением  затылка, увеличением лобных долей.

Неандертальцы -100тыс. -40тыс.лет  до н.э.  уже могли изготавливать  набор специализированных каменных  орудий, добывали  огонь и хоронили умерших.

Останки престарелых  и инвалидов говорят о том, что им  были присущи такие человеческие  качества, как сострадание,  милосердие, человеколюбие и взаимопомощь.

В это время уже формируются  обычаи, традиции,  родовая организация общества, ранние верования и культы.

В верхнем палеолите (40тыс. – ХIVтыс.  лет до н.э.)   кроманьонец ходил уже прямо, имел отчетливый подбородочный выступ,  развитую речь и мышление, изготавливал составные орудия, представлял  загробный мир, души  умерших,  изобрёл лук, знал изобразительное искусство, приручил собаку. В это время формируются человеческие расы.

В мезолите (  ХIII — VIIIтыс.  лет до н.э.)  уже появляются глиняная посуда, лодка, сети, крючки, начинается одомашнивание  диких животных.

В неолите  -VIII- III тыс.  лет до н.э. человек переходит  от присваивающего хозяйства  к производящему. Появляются  ткачество, прядение,  камни пилятся,  сверлятся,  широко развиваются земледелие и скотоводство,  формируются  многие  языковые семьи.

Таким  образом, восприятие  мира, его осмысление  и понимание было мучительным  и долгим процессом, длившимся  многие сотни тысяч лет.

До эпохи неолита,  перехода  от присваивающего к производящему хозяйству, оно преимущественно носило иррациональный, чувственный, интуитивный характер и определялось  необходимостью адаптации  и приспособления  к окружающей действительности  в целях элементарного  выживания.

Объем   накопленных  знаний был ещё  недостаточен, а зависимость  от Природы  была ещё очень  высокой, чтобы осмысление и понимание мира были столь рациональными и логичными, какими они  стали  в эпоху железа.

Мировоззрение людей, и соответственно, мотивы  поведения,  стимулы действий  и причины  поступков, природа их взаимоотношений  не определялись в то время  стремлением  к обогащению и к власти,  поскольку  характер орудий  труда обеспечивал  выживание, но не мог  позволить чье-либо  обогащение , а власти как института принуждения просто не существовало.

Природа была везде  и во всем  высшим, единственным  и неоспоримым  абсолютом.

В борьбе за выживание  люди находились  в равных условиях  с животным миром,  а в отдельных случаях – стояли ниже, чем объясняется  их культ (тотемизм). В силу  этого обстоятельства  рода и племена  того времени  чаще всего носили  имена животных (или рек,  вдоль которых они обитали).

В мировоззрении  людей той эпохи преобладало  чувственное  и в силу  того обстоятельства, что потери близких  людей (как детей, так и родителей)  были слишком  частыми  и многочисленными.

В силу этого, духовные чувства и основанные  на них обычаи, традиции занимали  главенствующее место  в восприятии  мира и отношении  людей как друг  к другу, так и к Природе.

« Этнология за свою недолгую историю произвела переворот в европейском отношении к духовному миру первобытного человека. Ученые доказали, что этот мир нисколько не уступает по глубине и богатству форм религиозным системам высоких цивилизаций» — отмечается в книге «Цивилизация». Москва, «Педагогика- Пресс», 2000 г.687 стр. Стр. 36.

В понимании и осмыслении,  как окружающей  действительности, так и самого себя,  люди были еще  свободны от мифов  и легенд, заповедей  и догм мировых  религий, появившихся многие  тысячелетия  спустя.

Это было первичное, реликтовое  восприятие мира, сформировавшееся  в течение  сотен тысяч лет среднего  и верхнего  палеолита.

К концу   энеолита и началу,  середине эпохи бронзы на  смену  длившемуся  сотни тысяч  лет этапу  выживания приходит  период накопления    богатства узким  кругом лиц  за счет эксплуатации большинства  людей, низведенных до уровня животных,  когда войны  становятся  эффективным  средством обогащения, а власть  и всё,  что обеспечивает  её достижение  и сохранение,  превращаются  в высшую  и абсолютную ценность.

Сотни тысяч лет до этого смыслом жизни было выживание,  обеспечиваемое  собирательством и охотой.

И сотни тысяч  лет именно  оно определяло восприятие мира и его отражение  в сознании и представлении  древнейших  предков человечества.Последние пять-шесть тысячелетий  мировоззрение  людей претерпело большие изменения  под влиянием  двух факторов – стремления  к богатству  и к власти,  как надежному средству его достижения.

И даже духовные ценности, нормы морали к нравственности, заложенные  основателями  великих религий,  оказывались позднее использованными  для этих же целей.

В ХVII-ХХ  веках  достижения науки  и техники  тоже были поставлены на службу обогащения и, в первую очередь, эксплуатации   крепостных, позже колониальных стран, а сегодня – отсталых и развивающихся государств планеты.

Мировоззрение  безудержного  обогащения за счет  использования  всех человеческих пороков и низменных  инстинктов путем хищнической эксплуатации  природных ресурсов планеты  привели  в начале ХХIв.  к глобальному неравенству  людей на земле,  глобальному потеплению,  проблемам экологии,  терроризма, экстремизма, наркомании, СПИДа, работорговли, нехватке водных, продовольственных и энергетических  ресурсов, нанесли необратимый и невосполнимый  ущерб  Природе, как среде обитания  всего человечества.

Масштабы алчности, корысти, эгоизма, лицемерия,  потребительства,  жестокости и потери  человеческого облика, хищническое  и разрушительное  ко всему  и вся  отношение свидетельствуют  о возврате человечества  к этапу первобытной дикости  и варварства, но уже  вооруженного  всеми достижениями  науки и техники.

Налицо  мировоззренческий кризис  человечества. Сегодня стало очевидным, что этап производящего  хозяйствования  должен смениться эпохой сберегающего, экологичного и гуманно-гармоничного  существования  с Природой, что возможно  только с переходом на новое  мировоззрение и восприятие мира.

В этом контексте представляет большой  научный интерес мировосприятие и мировоззрение  кочевых народов Алтая,  которые будут  рассмотрены  на примере тюркских народов  и в частности — кыргызов.

III

Оледенения  четвертичного периода сказали существенное  влияние на формирование  людей, особенно в среднем  и верхнем палеолите.

В Северной Америке  под ледником оказалась территория  в три раза  большая, чем в Европе  и Азии, а в Северной Азии  и Сибири  оледенение  было слабое, чем в Европе[1].

«В дикой»  Сибири (в той же Денисовой пещере)  найдено шесть костяных иголок возрастом 40 тысяч лет, тогда как в «просвещенной» Европе – только две,  да ещё на 10 тысяч лет моложе». – пишет академик  РАН,  доктор исторических наук, директор  Института археологии  и этнографии СО РАН  Деревянко А.П2.

В связи  с  оледенением  охота становится  важнейшим источником   существования  уже в мустьерскую эпоху, оставив позади  себя собирательство.

Облавные,  загонные  охоты,  были особенно  широко распространены  в сильно пересеченных  местностях, какими являются горы  Средней Азии  и Алтая.

Зверей гнали  к обрывам, скалам, падая с которых они становились  добычей людей.

Это привело к раннему  возникновению  скотоводства,  сперва-пастушьего,  а затем – и кочевого.

Разведение  скота  в этих условиях  давало больший эффект, чем мотыжное  земледелие и охота, тем  более  что в горах  возможности  для земледелия  были весьма  ограниченны. Вследствие этого скотоводство  становилось основным  видом  производства. В эпоху неолита оно давало пищу, более  богатую белками и витаминами, чем земледелие, и для обеспечения пропитания требовало во много раз меньше времени.

«Скотоводство на Верхнем Енисее зарождается даже не в афанасьевскую эпоху, а в значительно более раннее, неолитическое время» — пишет известный академик Окладников А.П. в книге «История Сибири. Том 1. Древняя Сибирь»1. «К сожалению, наши «афанасьевские» материалы не содержат ни мотыг, ни других явно земледельческих орудий… Наличие мотыжного земледелия пока ничем не подтверждается, но нет оснований и к полному его отрицанию» — пишет известный академик Киселев С.В2.

Все это является логическим результатом «…раннего сложения весьма развитой по тем далеким временам охотничьей культуры, значительного прогресса в развитии охоты, как основного производства древних обитателей Северной и Центральной Азии.

Как считают ученые,  древняя своеобразная культура верхнего палеолита, следы которой найдены на всем пространстве Северной Азии, возникла где-то в центре Азии, вполне вероятно, в Северной Монголии, где больше всего найдено её остатков. Оттуда она распространилась на юго-восток, к реке Хуанхэ, на север – в Якутию, на запад – к Уралу, а также по направлению к верховьям Иртыша» — отмечается в книге «Всемирная история. У истоков цивилизации»3.

Исследования Y-хромосомы полностью подтверждают сказанное выше. В ней говорится: «Эти гаплотипы  хранят следы исторических перемещений и дают возможность   представить себе ранние схемы  расселения  анатомически современных людей на евразийском континенте.

Средняя Азия  показала себя важным источником  генетического  разнообразия, и источника,  по крайней мере,  трех главных волн переселения  в направлении  Европы, Америки  и Индии.

…Непротиворечивость биаллельных  и микросателлитных  результатов  предлагает, что  центральноазиатские  популяции  являются самыми старыми  на континенте.  Такая картина  высокого разнообразия  совместима с теорией  раннего заселения  Средней Азии  анатомически  современными  людьми,  предположительно, 40-50тыс. лет назад, с последующей  миграцией  в Европу, Америку  и Индию, рассеивая  по пути  производные  последовательности  м45, м173 и м17». Совершенно ясно,  по картине Y- хромосомного  разнообразия, что  Средняя Азия  сыграла решающую роль в человеческой истории»1.

В этом же исследовании говорится (стр7): «Современное  распределение  гаплотипа  м17, вероятно, представляет следы миграции древней популяции, имевшей место быть в южной части  России и Украины, где обнаружена  высокая повторяемость м17 ( 50%).  Возможно,  что приручение  лошади в этом регионе,  приблизительно 3 тысячи лет до н.э., стало толчком  к данной миграции.  Распространение  и возраст  гаплотипа  м17 в Европе и Центральной  и Южной Азии  совпадают  с предполагаемыми  переселениями этих народов, которые оставили  прекрасный образец  археологических остатков, известных  под названием  «курганная  культура»…

По данным  рисунка №1 (стр.5)  повторяемость гаплотипа м17  у кыргызов  составляет наибольшую цифру – более 60%-!!!

Это находится в полном согласии с утверждением известного  археолога, историка ХХв. Бернштама  А.Н. который в научном  исследовании,  удостоенном  в 1943г. ученой степени  доктора наук, делает следующие  выводы и заключения:

«…Вот почему  истоки сложения кыргызских племен,  история кыргызского народа должны начинаться  по археологическим памятникам  с афанасьевской  культуры, с анализа  динлинского  этногенеза, на базе  которого и возникает древнее кыргызское общество»2.

«История  кыргыз уходит в глубокую  древность, к IV тысячелетию до н.э., но эта предыстория  племен Енисея  может считаться  эпохой становления  лишь кыргызских племен»3.

Афанасьевская,  Андроновская,  Карасукская,  Тогарская и Таштыкская  культуры, охватывающие  период  в четыре  с половиной  тысячи лет и объединенные  под общим названием  «курганская культура» — все  названы по месту  их первого  и раннего обнаружения и находятся на территории  Хакасии, древней родины Кыргызов.

В курганных могилах  всех пяти культур обнаружены астрагалы и альчики, на которых основаны у кыргызов 25 видов национальных спортивных игр, а в языке имеются 34 специальных слов и терминов.

Вплоть до концы ХХв. кыргызские женщины носили накосные привески, а мужчины -   поясные ремни, встречаемые в курганах афанасьевской, андроновской, карасукской, тогарской и таштыкской культур.

И сегодня кыргызы сохранили обычай раскалывания трубчатых костей, начиная с афанасьевской культуры и до ХХв не содержали свиней, и сегодня пользуются лунным календарем с указанием дней «тогола», когда созвездие Плеяды, Луна и Земля располагаются на одной линии, что высечено на скальных рисунках Саймалы-Таша во II тысячелетий до н.э.

Кыргызы до ХХв. сохранили напиток «бозо», известный с  III тысячелетия до н.э.

В шумерских клинописях начиная со времен Саргона Аккадского (24в. до н.э.) «имя царя часто писалось с детерминативом «Дингир» («Бог»), которым обычно обозначались боги и различные предметы поклонения».

Три фундаментальных пониятия Тенгрианства – Тенгир, Кут, Умай, имеющиеся у всех алтайских народов, свидетельствуют о том, что они сложились до периода распада алтайского праязыка, который «современные исследования относят к Х тысячелетию до н.э. (О.П.Суник), VII тысячелетию до н.э. (С.А.Старостин)»1.

Самые ранние слова отражали еще не развитый голосовой аппарат древнего человека. Постепенно с выпрямлением положения головы усиливалась связь гортани и полости рта, изменяя форму голосовой щели, приводя к образованию подбородочного выступа.

Древнейшие слова были краткими, более походили на крики и восклицания страха или радости.

Все базовые, фундаментальные понятия, отражающие познание человеком самого себя и природы в кыргызском языке состоят из 2х, максимум – 3х букв. Например, ай-луна, суу-вода, күн-солнце, тоо-гора, жер-земля, ат-лошадь, кой-баран, уй-корова, ит-собака, ун-мука, дан-зерно, сүт-молоко, эт-мясо, нан-хлеб, от-огонь, Жан-душа, баш-голова, аш-пища, Эл-народ, Тиш-зубы, тил-язык, кол-рука, сан-бедро, бут-нога, чач-волосы, көз-глаза, кел-кет – иди, бас-ходи, уч-лети и т.д.

В кыргызском языке нет ни мужского, ни женского рода, следовательно, он формировался еще до эпох патриархата и матриархата.

Аглютинный характер подтверждает его древность, т.е. по мере развития голосового аппарата к ранним словам путем как бы «приклеивания» суффиксов и окончаний (агглютинации) образовывались все новые слова.

Древнейшие языки из-за слаборазвитности звукового аппарата, не четкости слов постоянно дополнялись телодвижениями, мимикой и отличались образностью, а также свободой образования предложений.

И образность, и свобода грамматики позволили кыргызам создать эпос «Манас»,  в 40 раз превышающий объем Илиады, и в 2-5 раза – Махабхарату. Эпос, объемом более полумиллиона строк, мог создать только народ, имеющий историю в несколько тысяч лет.

Эти несколько кратких тезисов об истории и прошлом кыргызов не были бы приведены здесь, если бы мне были известны научно достоверные сведения исторического, этнографического, культурного характера о другом ныне живущем народе, который смог бы сохранить и донести сформировавшееся в эпоху  неолита свое мировоззрение вплоть до конца  ХХ века.

Практический опыт выживания, накопленный в течение нескольких тысячелетий в суровых, а порой и жесточайших условиях природных катаклизмов, бесчисленных войн  и конфликтов приобрел у кыргызов устойчивую форму глубоких и прочных знаний по:

—           восприятию Природы как живого и высшего абсолюта, гармоничному существованию  в неразрывном единстве с нею по ее Законам, Законам Всевышнего;

—           созданию общественного устройства на основе свободы, справедливости и социального равенства;

—           формированию и воспитанию человека с приоритетом духовно- нравственных ценностей над материальными интересами;

—           соблюдению людьми правил и норм поведения не из-за страха наказания, а внутреннего убеждения.

Мудрость и эффективность, рациональность и оправданность этих знаний, их целесообразность и результативность позволили кыргызам в течение многих тысячелетий не только сохраниться и выжить, не исчезнув в водовороте истории, но и, не растеряв, донести эти знания с эпохи неолита до начала двадцать первого века.

Это феноменальное явление, как уникальный опыт древнейшего этапа развития человечества, несомненно заслуживает всестороннего и глубокого изучения, особенно, в контексте поиска путей выхода из современного мировоззренческого кризиса.

IV.

В целях сокращения объема доклада далее материал будет изложен кратко, в форме тезисов.

В основе восприятия мира, его осмысления, понимания и мотивов поведения людей эпохи неолита лежал опыт выживания и приспособления к природным условиям, накопленный в течение предыдущих сотен тысяч лет.

Уже в эпоху верхнего палеолита он приобрел сложившиеся и устоявшиеся формы обычаев и традиций, правил и норм поведения, условий отношения людей между собой, любое нарушение которых влекло за собой угрозу единства рода и племени и последующую их гибель.

По сути, обычаи и традиции  представляли собой знания рационального и эффективного выживания. В них было много ограничений (на все то, что подрывало единство и сплоченность родового сообщества) и много предписаний, что их укрепляло.

Все они выполнялись каждым членом сообщества не из-за страха наказания, а внутреннего убеждения и веры в их необходимость, т.е. добровольно.

Правильность поведения и поступков определялась не самими людьми, а повседневная и суровая действительность (т.е. сама Природа) были всему и везде высшей судьей, «выносившей» свой  незамедлительный, объективный и справедливый приговор.

Сама Природа (т.е. Всевышний) определяла рациональность, оправданность и целесообразность образа жизни и поведения людей.

Все надуманное, вымышленное, (изложенное в «святых» писаниях, если бы они даже и существовали в то время) было бы отторгнуто самой жизнью, условия которой были в то время ежеминутно и постоянно экстремальными, неся в себя угрозу смерти (от голода, холода, хищных зверей и т.п.).

Условиями выживания во взаимоотношениях людей были: — справедливость, — равенство, — коллективизм, — взимовыручка, — честность и прямота, — доверие, — сплоченность и единство сообщества, — трудолюбие, — мужество, — отвага, — смелость, — преданность и верность роду, племени.

И богатство, и власть – как ценности и фактор, влияющие на отношения и поведение людей в ту эпоху просто не существовали.

Духовные ценности: сострадание, доброта, милосердие, отзывчивость и др. были выгодны всем и каждому, т.к. являлись элементом, цементирующим единство и сплоченность сообщества, а значить, увеличивали способность его выживания и наоборот, эгоизм, несправедливость, жестокость и др. негативные качества быстро вели к саморазрушению рода и племени.

Выживали только те, кому удавалось сохранить и продолжить все те позитивные качества, о которых было выше сказано.

Жизнь была до предела простой, ясной и прозрачной.

Понятий рая, ада, Богов, пророков и т.п. тогда еще не существовало (они появились много тысячелетий спустя).

Люди жили по законам Всевышнего, «сотворившего» Природу, тогда как начиная с начала и середины II тысячелетия до н.э. начали жить по законам Бога (или Богов), которые люди стали придумывать сами.

Какими бы они не были совершенными, но  никогда они не были и не будут столь безупречными, какими являются законы Природы, которую «создал» истинный Всевышний.

В эпоху неолита он никогда не уподоблялся Человеку, поскольку единственным и высшим абсолютом для людей была только Природа.

Она воспринималась живой. Весной  все обновлялось, зарождаясь вновь, а зимой умирало. В мире все воспроизводило себя: травы, цветы, деревья, насекомые, животные  и т.п.

Землетрясения, вулканы, сели и паводки, гром и молнии говорили о том, что и Небо, и Земля живые.

Природа воспринималась единой и цельной во всем её многообразии, могуществе и величии, неразделимой частью которой являлись и сами люди.

Она с её  суровыми условиями на позволяла людям зазнаваться, лицемерить, лгать, усмиряла человеческий эгоизм, гордыню, алчность, жадность, приводила к высокому чувству ответственности (т.к. за каждую ошибку люди расплачивались жизнью, здоровьем или потерей близких).

Сохранив это реликтовое восприятие мира, ранние кочевники никогда его позже не теряли, поскольку все время находились в экстремальных и опасных условиях  прямого контакта с Природой, признавая только её Законы, не приемля и отвергая предписания Богов и пророков, придуманных самими людьми в разных обстоятельствах, целях и интересах.

Оно еще в эпоху верхнего палеолита стало приобретать формы обычаев и традиций, которые в неолите  уже стали образом жизни, правилом поведения,  с цементированные нормами морали и нравственности.

Все это по сути было властью народа, рода и племени, которую никто не вправе был нарушать и которую кочевники смогли сохранить вплоть до ХVII века, а кыргызы – до середины ХIХ века.

Природа требовала от кочевников, находившихся в условиях постоянного в течение всех сезонов года и непрерывного контакта с нею, качеств высочайшей ответственности, целесообразности, оправданности, здравого смысла, справедливости, честности, прямоты, искренности, доброжелательности и гостеприимства.

Начиная с эпохи бронзы люди постепенно стали отдаляться от Природы, становились все менее от неё зависимыми, все более подчиняясь Законам, которые сами же принимали, предписаниям Богов, которых сами же и придумывали…

И даже заповеди этих Богов и пророков не становились для людей образом жизни, а святые книги были понятны  только избранным, которые их толковали порой по-разному…

Законы естествознания, отраженные в отраслях науки (физике, химии, геометрии и др.) единообразны во всех странах, континентах, у всех народов, независимо от вероисповедания и национальности.

И точно также, законы Человеческих взаимоотношений, гармоничного и счастливого существования людей, определенные самой Природой, единообразны во всех странах, континентах, у всех народов, независимо от их  вероисповедания, и национальности.

Они были давно уже найдены и потеряны человечеством, но кочевники смогли их сохранить и донести до наших дней. Это – справедливость, равенство, объективность, приверженность к истине, духовным и нравственным ценностям, гуманизму и любви ко всему живому.

V.

Кочевой образ жизни в течение тысячелетий привел к созданию своеобразной и особой цивилизации, в силу многих обстоятельств до сих пор еще слабоизученную.

Её особенности и своеобразие определялись тем, что кочевники находились под постоянным воздействием Природы, испытывая её целесообразность, рациональность, оправданность и эффективность,оказывающие облагораживающее и очищающее влияние на человека.

Кочевой образ жизни исключает вещизм, эгоизм, роскошь, праздность, крохоборство, мелочность, деспотизм и тиранию, рабовладение и феодализм, т.к. и пастбища, и скот находятся в коллективном, общем пользовании.

Общественная основа экономики приводит к свободе и   равенству,  позволяя решать  многие социальные вопросы, укрепляя единство и сплоченность общества.

Общественное устройство у кочевников было основано на взаимном уважении и свободе, исключая гнет, насилие и жестокость, поскольку не было ни тюрем, ни  репрессивного аппарата.

Номады жили в условиях экономической, духовной (религиозной) и политической свободы. Власть в форме обычаев и традиций, родоплеменной организации общества всегда оставалась у народа и всегда была выборной. И правители, и судьи избирались на всеобщих выборах и никогда не были наследственными.

Вследствие этих обстоятельств ни власть, ни богатство не считались у  кочевников высшей ценностью и не определяли их поступки и поведение (как у оседлых людей).

Внутренний мир  кочевников ввиду этого был более духовным, нравственным и свободным.

Их творческая и созидательная энергия не шла на накопление материального богатства, строительство дворцов, особняков, создание предметов роскоши и тысяч бесполезных, не особенно нужных вещей.

Она шла на создание духовного богатства, героических эпосов, сказаний,  и исторических легенд и повествований, сохранение и передачу новым поколениям громадного культурного, мировоззренческого, философского и интеллектуального наследия кочевой цивилизации.

Находясь в энергетическом и информационном единстве с Природой, сохраняя приобретенную еще в палеолите иррациональное, чувственное, интуитивное её восприятие, номады продвинулись далеко вперед и в понимании сути и природы самого человека (законы кармы, движения энергии, равновесия инь-янь, биоэнергетической связи с вселенной и т.д.),

Настоящий доклад  не является призывом вернуться к номадизму или стремлением показать кочевников как людей особых способностей и ума.

Главное в нем – призыв к людям пересмотреть свое отношение к Природе только как к вещи, как источнику сырья и богатства. Без этого первого шага в изменении своего мировоззрения человечеству не удастся решить ни одной глобальной проблемы современного мира.

________________________________

Султангареева Р. А.

УНЦ РАН ( Уфа,  Россия)

Поклонение Природе как основное
учение тэнгрианского мировоззрения башкир

Тэнгрианство – первичное мировоззрение и могучее учение человека, находящегося в гармонии, единстве и в полном согласии с Природой.

Все обрядовые празднества, природопоклонческие ритуалы, проводимые в определенный период времени (зимнее, осеннее, летнее, весеннее солнцестояния), на особом месте (гора, поле, двор), под определенной номинацией (Нардуган, Науруз, Каргатуй, Сумбуля, Свадьбы сенокоса) и с соответствующими каждому обряду функциональными способами (жертвоприношения, ритуальные танцы, мимические пляски, словесные заклинания, обращения к стихиям и т.д.) – не столько дань или обожествление Природы, сколько разумные методы включения человека в ритмы и законы жизни Природы.

Отсюда концепт «культ природы» целесообразно ныне прочитывать не с пренебрежительными оценками «языческое» или «первобытное», а с позиций осознания традиций, обрядов как жизневедческих, единственно возможных форм и обязательных во имя выживания норм отношений человека с Природой, с миром.

До последнего времени обряды природоведческого характера расценивается как нечто опосредованное, также дополняющие или санкционирующие сезонные события особые действа. Однако, человек древности, ощущая ритм, движение и развитие  живой Природы, а себя органической частью ее, подчинял себя этим законам Природы и прорабатывал специальный сакральный язык общения с особым миром – язык йола (обрядов, традиций у башкир).

Ибн Фадлан в Х веке зафиксировал особенности мировоззрения башкир, как поклоняющихся тринадцати основным богам (тэнгри) и главному, который «живет на небе»1. Тем самым, он сумел описать особенности сознания и ритуальных практик башкир-тэнгрианцев той эпохи. Примечательно, что среди божеств называется и тэнгри человека. Значит, человек не противопоставлял себя Природе и не стремился главенствовать над ней. Человек знал себя частью такой же живой Природы, как сам и потому соблюдал правила согласия и взаимопонимания, гармонии с внешней средой.

Именно в этом лежат истоки многочисленных запретов природоведческого характера: нельзя убивать лебедей – род заболеет неизлечимой болезнью; нельзя рубить одинокое дерево – проклятье падет; без нужды не беспокой землю – дороги несчастливые будут и т.д. Природа не столько наказывала (как принято считать), она лишала защиты и покровительства человека и выбрасывала из своего макрокосма человека, нарушающего ее законы. Таковую логику долга и обязательств Человек осознал и сформулировал в нормы запретов – неписаных законов. Принципы жизневедения тэнгрианец не разделял от норм жизни, особенностей жизни Природы.

Постепенно человек отдалялся от Природы, все больше осваивая оседлый образ жизни, терял зависимость и чувство единства – взаимообязанности с Природой. В результате появляется выпад главенства, мотив снисхождения к силам Природы, а отношение к живой сути Земли как «матери», Воды как «матери», исчезает.

Разумный, духовно-чистый и понимающий несокрушимую мощь Природы человек обращался к стихиям напрямую, на «ты» называя Солнце – тетей «Ҡояш апай», Дождь – «дядей или братом – ямғыр ағай» или “инәй”, “инә” (Мать воды).

“Мать Земли!

Разреши копать могилу,

Время пришло вернуться

К тебе ушедшему в мир иной бәндә (человеку)”, – говорят так перед копанием  могилы.

В обширном материале по обрядовому фольклору отражены не только быт, верования, синкретичное искусство, но и сохранились реалии жизневедения, духовно-нравственные принципы и законы морали, по которым жило общество. «Вода святая и живая. Она и подарок Тэнгри. Если во время ледохода на берег выбрасывало кусочки льда, мы их собирали и растопив, кипятили чай теляк – чай благопожелания. Так учили бабушки, очень полезная эта вода. Говорили, что это дар Тэнгри»2. «После весеннего очищения колодцев от грязи, ила, талых вод, устраивали угощения друг друга, а самому хранителю колодца приносили хаир. Подаяние охраняло от невзгод и болезней, оно же посвящено духу воды»3. «Когда выходишь утром во двор, нужно наступать с правой ноги на землю и сказать: «О, земли пуповина и хозяин земли Кутдус, я приветствую тебя!» Смотришь налево и говоришь: «Приветствую и благодарю тебя, хозяин Кутдус!»

«Перешагивая порог, наступай на Землю с правой ноги и приветствуй, здоровайся с ней и скажи: На тебе моя жизнь, Под тобой мое вечное лоно. Поклон мой тебе, мать Земля!» Так нужно величать ее, землю. Ведь все на ней растет. Она все знает, никогда не спит. Вода укрывается белой пеленой и спит, а Земля не спит. Вон она... плачет ныне от того, что роют, продают. Поля пустеют... »4 «Хозяин Земли – Хубби хужа, я тебя благодарю». Скажешь это – тэнгри Земли возрадуется!»5 Вот в таковых правилах поведения отражена жизненно важная, на уровне идеологии позиция творческого существования народа.

Таким образом, «для поздней эпохи неолита единственным и высшим абсолютом была Природа. Равное положение людей в обществе исключало обожествление человека и поклонение ему, а также необходимость в посредниках, стоящих между людьми и всевышним Творцом, который назывался  у алтайских народов Тэнгир[i] Нам представляется, что здесь следует указать народов Урала – башкир, чувашей и др.

Народотворчество, в основе которого лежат идеи единства человека с Природой, есть возможность познавать и изучать не столько с точки зрения идей «фантазий первобытного» и т.д., а в плане достоверных реалий культуры древних и развитых цивилизаций, не столько, как плод «отсталого мышления», осознавая все это с точки зрения антроцентризма, а скорее – с точки зрения экоцентризма. Язычество – термин не научный, скорее теологический и политический. Все, что было связано с народной мудростью, опытом и образом жизни («язык» означает народ) в угоду религиозных канонов, затем революционных новшеств (1930–50-е гг.), было сметено под унизительное слово «язычество», понимаемое как варварство, а этнографы, фольклористы репрессированы, множество трудов уничтожены.

Специальное вознесение молитв, благодарение земли, умение построить достойный разговор со стихией – это доля благородного, сильного и мудрого пользователя дарами Природы, но не варвара. Многожанровый репертуар закличек Солнца, дождя, новый Луны, радуги, приливов воды и нового огня «сығыр уты», получаемого для исцеления скотины, а также и жителей села, поэтические речитации, произносимые воронам – вестникам Нового года и т.д. – это объективные реалии разумного почитания Великой силы Природы и установления партнерских отношений. Этот многожанровый фольклорный арсенал знаний природоведческого характера сохранен в фольклорной памяти до сегодняшних дней благодаря могучей силе тэнгрианского мировоззрения, по природе своей способного к самовоспроизводству и отвечающему основному человеческому закону – творить добро в гармонии с Природой.

Раскрывая суть, значение, семантику и функции природоведческого (специально не называю календарного!) фольклора, мы имеем возможность обозначить основные мировоззренческие, ритуальные, философско-этические нормативы тэнгрианства башкир. На основе огромного фактологического материала, собранного во время экспедиций, командировок, есть возможность реконструировать особенности тэнгрианского образа жизни башкир. Здесь их представляем лишь вкратце.

Реалии тэнгрианского мировоззрения в необрядовом фольклоре отражены опосредованно: в сказках, эпосе, легендах в форме идейно-этических норм, духовных направлений и т.д. представляется отношение к Тэнгри. В обрядовом фольклоре же поклонение Тэнгри запечатлелось во всех ритуальных достоверностях и реалиях. Предоставляем самые яркие из них для анализа: обряд жертвоприношения Тэнгри из рассказа Ф. Нефедова «Ушкуль» (это единственное почти научное описание обряда поклона Тэнгри, сделанное ранее) и наиболее полный текст ритуальной практики – поклонения Тэнгри, записанный автором в 1992 г. в Кугарчинском районе.

Писатель, путешественник и собиратель башкирского фольклора Филлип Нефедов (1838–1902 гг.) в свое время отмечал, что «магометанство прививалось между башкирами весьма медленно, и только за последнее время – и то не все башкиры сделались более или менее ревностными приверженцами ислама»7.

Повествуя древнюю легенду со слов старого курайчи (сказителя-певца), называемую «Ушкуль» (самопожертвование), он ярко изобразил обряд тэнгрианского праздника – жертвоприношения, совершаемого ранней весною. Особо ценным этот материал делает то, что в рассказе содержится не только детальное описание обряда, но даются и молитвенные слова – обращения тэнгри земли, тэнгри скота, тэнгри коней.

Примечательно в рассказе Ф. Нефедова уточнение о том, что «башкирский князь приносил жертвы богам, – тогда башкиры не были еще правоверными»8, что указует на древние доисламские истоки обряда.

«Глава рода Хасан-Фаткулла стал лицом к полудню (солнцу – Р. С.) и подняв руки кверху, громко воззвал: Великий бог, живущий на небесах! Мы, башкиры, пришли на это священное место, чтобы принести тебе от наших благодарных, чистых сердец любимые тобою жертвы!

Вот непорочные бараны,

Янтарный мед,

Жемчужное просо и отборный ячмень.

Прими наши жертвы и даруй своему народу благоденствие, мир и счастье!

Не отнимай у народа свободы;

Как свободными, по твоей воле люди родились на свет, так свободными бы они всегда и жили! Великий бог! Услышь молитву башкирского народа и исполни его прошения!»

Затем, как того требовал ритуал, подняв руки к небу, все повторяют за ним молитвенные слова:

«– Великий бог! Услышь молитву башкирского народа и исполни его прошения!»9

После этого глава рода закалывает сразу трех баранов, высыпает на них просо, ячмень, обливает медом. Обмыв руки, обращается к тэнгри земли:

«– Богиня земли! Прими наши жертвы, пошли земле плодородие, хорошее просо и ячмень, сытную траву и всякое полезное людям и скоту произрастание»... Люди снова повторяют последние слова князя (означает главу рода – Р.С.).  Помимо этого глава рода обращается к богу стад, к богу лошадей, к солнцу, к богине лесов и многим другим и посвящает жертвы каждому. Понятно, что под «богиней земли» имеется ввиду тэнгри земли.

Примечательно и то, что обсыпание жертвенных животных зернами, обливание медом или разукрашивание лоскутками – типологически общие действия в обрядах многих народов10.

Таким образом, в данном описании четко обозначены все ритуальные особенности жертвоприношения Кјк Тэнгри (главному божеству) и другим богам, о которых упоминал в свое время И. Фадлан. В описании ясно указываются: время – ранняя весна, первый травостой (культовые празднства в традициях многих народов); место – вершина зеленого холма и способы (скачки, бега, силовые состязания, жертвоприношения и т.д.) проведения обряда поклонения Тэнгри.

Со временем основные компоненты поклонения Тэнгри исчезают, адресат (направленность), функции, а словесные обращения-моления приобретают исламские мотивы и символику: хозяина земли называют Кутдус (на арабском языке означает чистый, святой), хозяина посевных полей – Хуббихужа (достойный, любимый глава).

Ритуальную практику моления Тэнгри удалось записать в 1992 г. в дер. Юлдыбай Кугарчинского района. Ведущая обряда громко молилась, обращаясь к Тэнгри, а подруги повторяли ее слова. Молящиеся исступленно просили благодати земле, людям, миру, скотине, калекам, сиротам и завершили сакральний акт обещанием о том, что взамен всем дарам Тэнгри они будут молиться, приносить жертвы, делать полезные дела. Они воссоединили обращенность, возблагодарив и назвав и Ходая, и Аллаха единого и Тэнгри. Завершив моление-обращение, ведущая обряда закрепила свидетельство присутствующих, три раза повторив вопрос:

«– Вы свидетельствуете моление?» Те три раза подтвердили молитву: («Да, свидетельствуем!»)11 В тексте моления традиционны вопрошания благодати людям, покоя и мира Природе, повелителям, правителям и т.д. Так, несмотря на укрепление ислама, в генетической памяти до сих пор сохраняются поклонческие идеи Тэнгри. Если в молебнах и произносятся «Аллах» или «Ходай», то формулы определения этих божеств (по сути одного единого Бога) почти идентичны. (Ты один, Ты един, Не рождаешься, не рожаешь, Тебя нет нигде, Ты – везде, Ты – высший Тэнгри – так определяется Аллах. (Салэт, хадис 1493; Салэт, хадис 1496 и т.д.) Так же определяется Тэнгри: «Ты – один и Ты – един, Не рожаешь, Не рождаешься».

«Тэнгрианство, как раннее и первичное мировоззрение человечества, алтайские народы смогли донести до V–IV веков н.э. пока оно не стало вытесняться христианством, исламом и буддизмом»12.

Возблагодарения Тэнгри произносятся в контексте поклонения и почитания сил Природы ее хозяев (эйә): «От имени доли всех хозяев воды, огня, земли, воздуха мы шлем тебе благодарение и просим лучших повелений!» Благодарение, называние и посвящение жертвоприношения, получение желаемого и снова благодарение – мотивы, регламентирующие основную идею «языка» Природы в обрядовом фольклоре, т.е. языка жизни человека первобытной эпохи и суровых условий. Это язык не только выживания, но и самоопределения и самовыражения личности:

Солнце сестра, выйди, выйди!

Жирного барана зарежу,

Голову тебе положу,

Кашу масляную сварю,

Ложку тебе положу!

Нас обогрей, пожалей,

Хлеба пусть растут скорей и т.д.

Природа не очеловечивалась, как считают, она принималась живой по сути. Живая, могучая, но иная, чем человеческая сфера воспринималась естественно, но с достоинством и соблюдением дистанций. Почитание-восхваление, также право обращения к ней и право получения от нее своей доли зависели от полноты и грамотности соблюдения ритуалов, отправления специальных нормативных действ, посвященных Природе.

Возможность эта достигаться могла только в рамках принятых всем древним обществом правовых, взаимообязательных, взаимооберегающих отношений, допускаемых человеком, знающим себя частью Природы. Здесь убеждения, желания человека совпадают с законами гармонии в Природе. Отсюда достоинство, волевая принципиальность и правдивое поведение в ритуале не есть наивный культ, игра или бессознательное повторение традиционных норм, а скорее – обязательные условия самосовершенствования по подобию, образу и законам Природы. Там где порядок – там и результат, и достижение. Обряд – йола и есть гарантия тому (йола, joла, яла-йерке – означает миропорядок у башкир, чувашей, венгров, алтайцев и т.д.).

Потому в обряде (йола) строго соблюдаются категории времени, места, меры действ и слова пространства и т.д. Закат Солнца – наступление сложного, темного времени, поэтому начинать новую работу, набирать воду из источника (вода спит, укрываясь белой пеленой), а незамужним девушкам ходить по улице нельзя; Если же заповеди эти невольно нарушаются – то имеются специальные разрешения, словесные ключи-формулы:

Вода, водица, пришла к тебе,

Тэнгри воды, дай мою долю!

Гость на Акбузате прискакал

Дай воды!13

Мотив спящей воды распространен не только во всем тюркском, древнеиндийском, но и в славянском фольклоре: «даже в последней четверти ХХ века на севере России местами сохраняется запрет после захода солнца ходить на воду», т.к. вода спит, ее «нельзя будить»14.

«До пятого июня нельзя копать и брать красную глину, она еще не поспела (бешмәгән балсыҡ) и не годится ни для чего»15. Если же в неурочное время землю приходится брать, то нужно просить прощения вначале, положить кусочек хлеба, соли и сказать:

«Позволь тэнгри земли,

Взять одну ладошку-горсточку твою,

Тебе – платок,

Мне – для исцеления!

Земля тоже имеет душу и никогда не спит»16. Традиционная формула: «Тебе – платок (подразумевается дар), а мне – здоровье!» маркирует многие заклички-обращения к стихиям природы (заклички дождя, тепла, здоровья, счастливой дороги и т.д.) В словах-молебнах акцентируется системность, взаимообязательность выстроенных за тысячелетия отношений человека с Природой.

Основное культовое место – гора, в верованиях-знаниях наиболее близкое и угодное Тэнгри. Сакральность места, поклонческое отношение к горе сохраняются поныне и строго соблюдаются правила подъема: на предгорье, перед тем как начать восхождение, человек должен произнести обет, подниматься молча, затем на вершине произнести благодарение хозяину – тэнгри горы, оставить пищу на ней и спускаться, не оглядываясь. Произносятся слова: «Тэнгри горы! Прости за беспокойство, пусть исполнятся желания!»

Примечательно, что в фольклорных рассказах о природных стихиях информанты не применяют слово «тэнгри» (забыли или настороженное отношение из-за запретов ислама и т.д.), тогда как в формулах закличек, заговоров, имя это появляется традиционно. Тэнгрианские имена стихий почти забыты, затеряны во времени (они устойчивы в магическом фольклоре якутов, альтайцев, бурят, китайцев), а в формульных выражениях тэнгри присутствует почти всегда.

Имена хозяев стихий заменяются ныне арабскими понятийными названиями или именами мусульманских святых. Тэнгри Земли – Кутдус (святой, дорогой) тэнгри посевных полей – Хызыр, тэнгри Воды – Хуббихужа (хороший хозяин).

Правила поведения, должностные отношения, соблюдаемые в течение многих веков и сохраняемые по сей день в фольклорной памяти, обнаруживают традиции некогда могучего мировоззрения и образа жизни – тэнгрианства у башкир.

Имеется обширный заговорно-заклинательный репертуар, в котором акцентируется живая суть природных стихий и они называются словами «ана» (мать), «ата» (отец), «апа» (тетя, сестра) «Ҡояш апай» (сестра Солнце и т.д. Проецируется идея, что человек осознанно представлял себя «дитя Природы», «дитя» этих стихий. В других случаях, имена являются производными от качества или цвета природной сферы: так, хозяин земли – ерәнхакал (рыжая или желтая борода) «ерән, љары» – желтая; хозяйка воды или мать воды – хыуыганхакал – холодная борода). Эти тексты сохранили первичные названия стихий. Природопоклонческое отношение устойчиво сохраняется, а имена стихий меняются. Так, зачастую имена стихий производятся от имен самих стихий: хозяин дождя – Ямғытдин (от ямғыр – дождь) и т.д.

Озвучивая свой разговор с Природой, человек создал генотипический фонд жизнеобеспечения, устойчивости, защиты человека и Природы. Потому в обрядовой практике (фольклоре) органически неразрывно связывались и магия, и быт, и вера, и миф, и искусство и т.д. Неординарные, но разумные связи двух различных сфер – человеческой и природной, устанавливаемые древними людьми (шаманами, баҡсы), принято относить к магии. Тогда как «подлинная магия – это способность жить одной жизнью, в едином ритме, в унисон со всем миром, с Природой, с космосом, со всеми существами, живущими рядом»17. Мы склонны думать, что человек, живущий по законом Природы, обладал могучей духовной, психологической силой влияния, силой, граничащей с магией. Этот потенциал следует системно открыть в дальнейшем, руководствуясь уже более новым методом, доверительным способом изучения и нематериалистического прочтения культа Природы.

Высшей степени поклонческое отношение к Тэнгри за многие века становилось образом жизни и зачастую корректировалось обожествлением сфер, сил Природы.  Ощущение близости, зависимости и живой сути Природы и генетической связи с ней исключали посредников в тэнгрианской культуре: т.е. пророков, храмов, предписаний, канонов. Человек сам находил эти способы диалога с Природой, далее за время жизни совершенствовал опыт и передавал следующему поколению. Вся эта закономерность отношений определила и художественный, фольклорный метод осознания мира. Природа «говорила» с человеком: и это умозрение запечатлелось в сказках, эпосе, обряде, легендах, мифах, загадках, суевериях (?), песнях и т.д. (культурному герою помогает лес, вода, огонь – если он себя ведет по правилам чести, достоинства, уважения к старшим, миру мертвых и т.д.; деревья, травы, земля «плачут» за невесту, когда она в свадебных причитаниях прощается с родным домом; в погребальных причетах «гаснут» звезды, дубы «валятся», когда умирает хан, глава рода и т.д.

Таковое первородное генетическое ощущение родства с Природой и реалии знаний о Природе обуславливают в фольклоре и специфику художественно-образного анализа. Теоретически традицинно воззрения эти определяются и расцениваются как «анимизм», «тотемизм», «аниматизм» и т.д. Нужно учесть, что эти термины придуманы не более чем триста лет назад. (Дж. Лонг ввел термин тотемизм в 1791 г.; Г. Шталь ввел термин анимизм в 1708 г.)18 и отражают по сути части целого учения – тэнгрианства.

Не учитывая реальность функций обрядов и достоверность сохраненных в них знаний и особенностей народной  (по сути первородно верной) терминологии, объективно отражающей действительность, мировоззрение и видение мира, невозможно и нельзя ныне анализировать соответствующим образом произведение народного творчества. Ведь народ знает как назвать свое творчество. Есть ли резон теоретизировать его по канонам литературоведения?! Также нецелесообразно применять литературоведческие приемы и методы исследования, что зачастую и наблюдается ныне. Фольклорный текст-сложный, полимерный свод различного характера этнических, культурных свидетельств, запечатленных вербально, акционально, мелосно, или в прикладном стиле и т.д. Каждый из этих компонентов восходит к своим первородным корням, реальным функциям и смыслу, а потому для анализа требуются методы, учитывающие первопричину, мысль, веру, умозрение, затем природу и специфику формирования жанра, его генезис, реалии, функции и т.д.

Литературоведческий анализ и подход к фольклорному тексту с мерками литературы не дает научно-объективных раскрытий замыслов народного творчества. Особенно эта ошибка наблюдается ныне в трудах литературоведов, пренебрегающих первичностью и первозданностью эстетики народного творчества по отношению к литературе, театру и т.д.

Изучение природопоклонства как основной составляющей содержание тэнгрианства, предоставит нам многие открытия из жизни, быта, искусства, философии, образа жизни, уроков и учений предков, гораздо мудрее, гармоничнее с самим собой, с миром Природы проживщих и оставивших этот мир нам. Становясь рабами железа, денег, неустанной наживы, дерзко посягая на главенство над Природой и пренебрегая знаками Верховного божества, проводя обряды лишь ради исполнения Постановлений, сумеем ли мы встрепенуться и понять, что все это против законов Природы, против основных законов жизни – которые никто, никогда и нигде не смог отменять, а если и пытался – случались туфаны, взрывы атомных бомб и т.д. Потому учение о Природе – есть величайшее откровение Верховного Разума, учение, могучие потенциалы которого мы обязаны заново открывать, использовать и спасать человека, общество.

1. Ковалевский А. П. Книга Ахмеда Ибн-Фадлана о его путешествиина Волгу в 921–922 гг. – Харьков. 1956. С. 131–132.

2. Записано автором в 2003 г. от А. А. Исэкеевой (1937 г.р.) в дер. Якупово Зилаирского района.

3. Записано автором в 1990 г. от Я. А. Сабанчиной (1923 г.р.) в дер. Ново-Сепяшево Альшеевского района.

4. Записано Р. А. Султангареевой в 2003 г. от Р. Х. Каримовой (1917 г.р.) в дер. Балгажи Альшеевского района. – Экспедиционные материалы – 2004. Уфа. 2006. С. 118–119.

5. Записано в 2005 г. от Усманова Ж. Г. (1930 г.р.) в дер. Хасан Самарской области; в 2004 г. от Файзуллина Г. (1922 г.р.) в дер. Старо-Сепяшево Альшеевского района РБ.

6. Сарыгулов Д. Тэнгрианство – восприятие мира эпохи неолита и мировоззренческая основа новой цивилизации. – Бишкек. 2005. С. 8.

7. Нефедов Ф. Башкирская старина. // Башкирия в русской литературе. – Уфа. 1991 г. Т. 2. С. 96.

8. Там же. С. 131.

9. Там же. С. 134.

10. Фрэзер Д. Фольклор в Ветхом завете. М. 1985. С. 90–166; Токарев С. А. Ранние формы религии. М. 1990.

11. Записано в 1992 г. автором в дер. Юлдыбай Кугарчинского района от Р. Минибаевой (1912 г.р.) и группы женщин. Помимо этого, молебны, в которых соединяются и Аллах и Тэнгри, в современной обрядовой практике традиционное явление.

12. Сарыгулов Д. Тэнгрианство – восприятие мира эпохи неолита и мировоззренческая основа новой цивилизации. – Бишкек. 2005. С. 9.

13. Записано в 1986 г. – в Учалинском, 1989 г. в Миякинском районах.

14. Мозговая С. Г. Духи природы в фольклоре и литературе. – М. 2007 г. С. 10.

15. Записано в 2003 г. Р. А. Султангареевой от М. А. Юламанова (1925 г.р.) в с. Матрай Зилаирского района.

16. Записано в 1989 г. от Аюповой У. в дер. Абишево Миякинского района.

17. Захарова А. Н. Архаическая ритуально-обрядовая символика народа Саха. – Н-ск. Наука. 2004. С. 157.

18. Язычество. Авт. -сост. А. А. Грицанов, А. В. Филиппович. – Минск, 2006 г. С. 84–86.

______________________________

Л.В. Федорова,

ЯРОО «Ассоциация Олонхо»

(Якутск, Россия)

Эпическое наследие как источник определения  места и

времени возникновения мировоззрения Тенгри

Материалы по изучению мировых религий основываются на письменных исторических источниках. Как известно из этих источников, все доминирующие современные мировые религиозные учения  начинаются с описания знаков, знамений рождения, прихода, генеалогии, биографии, времени и места рождения  учителей и пророков.

Генетически родственные и потому вытекающие из одной идеи единобожия авраамистические религии – иудейская, христианская, магометанская, распространившиеся сегодня в Европе, Америке, Африке, Австралии, странах Азии сложились из мифологических представлений западно-семитских народов Передней Азии.

Образ Йахве, рано слившийся с образом верховного божества западно-семитской мифологии Эл (Ил), первоначально в качестве бога почитавшийся только одним родом из древнееврейских племен – коленом Иуды, перенес свою покровительскую миссию на соседние племена. И с первой половины 1-го тысячелетия до н.э. в Палестине культ бога Йахве начинает приобретать моноистеистические черты, что послужило импульсом для объединения древнееврейских племен в древнеизраильский союз.

Примерно то же случилось и с учением Сиддхартхи из рода Гаутама племени шакьев в Северной Индии, основателя буддизма, который жил в середине 1-го тысячелетия до н.э. Буддийская мифология, на которой базируется учение буддизма, в основных чертах сложилась в Индии в течение примерно 1,5 тысячи лет (от 6 в. до н.э. до начала 2-го тыс. нашей эры).  Шакьямуни, на основе проповедей которого возник буддизм, оказал, по-видимому, на формирование мифологии гораздо меньшее влияние, чем на некоторые другие отрасли   буддизма (философию, психологию, этику), но, несомненно, многое из того, что составляет содержание буддийской мифологии, восходит к временам Шакьямуни. [1, с. 190, т.1]

Буддизм распространился по Северной Индии в период централизованного государства и широко распространился в Южной, Юго-Восточной, Центральной Азии и на Дальнем Востоке, становясь  государственной религией.

Общим для авраамистических религий и буддизма является и то, что первоначально они возникли  в климатически теплых условиях.

Как известно, человеческая особь, как и любой биологический вид, ускоренно размножается там, где тепло и влажно.  Так случилось и с носителями учений, по мере их расселения по странам и континентам, они овладевали более теплыми влажными климатическими зонами, пригодными для возделывания. Земледельческие народы расселились по побережьям теплых морей и, соответственно, там и распространились авраамистические религии и буддизм.

А номады расселились по горным долинам, плоскогорью, степям, тундре, где холодно, ветрено и сухо. Естественный прирост номадических народов в суровых  природных условиях в разы меньше, чем земледельческих в теплых влажных условиях. Отсюда и естественная гегемония религиозных мировоззрений земледельческих народов.

Естественно,  когда ежедневно не стоит вопрос выживания в борьбе с ветром и холодом  ниже 30 градусов по Цельсию, нет каждодневной угрозы снежного схода, у человека больше свободного времени для размышлений о спасении личной души, страдании, покаянии, возмездии и т.д.

А там, где человек привык каждодневно выживать в борьбе с ветром и холодом, особенно в высокогорье, ему было не до созерцания психологических тонкостей своей души, каждодневной задачей было выжить, приспосабливаясь к холоду,  ветру, снегу. Выжить родом, племенем, всем обществом, коллективом. И именно в таких условиях развитие мировоззрения коллективного выживания и коллективной ответственности достигло более яркого выражения. Природно-климатические условия диктовали необходимость глубокого постоянного наблюдения и анализа природных процессов, обуславливали развитие пытливости человека для объяснения законов природы, космоса и их взаимосвязи не только для ведения хозяйственной деятельности, но и для принятия предупредительных мер перед стихией.

В устном нематериальном наследии многих народов –  мифах и героических эпосах изумительно красивым, стихотворным и песенным языком отразились описания стихии, наблюдения, анализ, выводы и рекомендации для гармоничного сосуществования человека с  окружающим миром. В эпическом наследии номадов Евразии –  алтайских народов,  в т. ч. тюрков и монголов, поклонявшихся земле, солнцу, луне, в совокупности Синему Небу — Тенгри. В настоящей статье приводится попытка реконструкции исторических и географических истоков тенгрианства.

В ранней эпике, складывающейся  в эпоху разложения родоплеменного строя, героика выступает еще в мифологической оболочке, используются язык и концепции первобытных мифов. Исторические предания являются второстепенным источником развития архаического эпоса, в известной мере сосуществуют с ним, почти не смешиваясь. И лишь позднее классические формы эпоса, развивавшиеся в условиях государственной консолидации народов, опираются на исторические предания, в них налицо тенденция к демифологизации. На первый план выступают отношения племен и архаических государств реально существовавших [1, с. 664, т. 2].

Граница между архаическим ядром и историческим преданием в эпическом наследии органично вплетена в сюжетную линию. Ее выявление и расшифровка требует тщательного всестороннего исследования в контексте сравнительно-аналитической работы мирового эпического наследия и исторических письменных источников, прежде всего древнетюркских рунических и согдоязычных памятников  6-10 в.в., китайских, арабских, иранских и других. Более поздними известными письменными памятниками являются некоторые памятники монгольской письменности, прежде всего хроника 13 в. «Сокровенное сказание», а также записи иранского историографа при дворе Хулагидов Рашид-ад-дина (14 в.), итальянских (Плано Карпини, Марко Поло), фламандского (Виллем Рубрук) и других. В данной статье ссылаемся на источники этого ряда.

В «Сокровенном сказании» монголов названы тотемические первопредки – Борте-Чино («сивый волк) и Хо Марал («каурая лань»). А в мифологии монгольских народов предком Чингис Хана является Бодончар, сын праматери рода Чингис Хана Алан-Гоа. В тюркских генеалогиях  Чингис Хана чудесно рожденным сыном Алан-Гоа (Алангу) оказывается сам Чингис Хан. Бодончар, напав с братьями на соседнее племя, становится его вождем, захватив себе в жены беременную женщину. [1, с. 180, т. 1]

В этой связи, интересен вывод английского этнолога Г. Ховарта: “несмотря на попытки тибетских лам и магометанских докторов связать императорский дом монголов с Буддой и Нухом соответственно, генеалогия, которого откровенно дает нам начало Монгольской истории и традиции, чисто искусственная выдумка.  И была иностранного происхождения и была сотворена для монгольской императорской семьи их же  литературными учителями уйгурами. Учителя присвоили монгольским императорам героическое происхождение, великие имена чужого племени, с которым монголы контактировали на протяжении многих поколений, а именно тюрков.  От тюрков они начали развивать свою культуру и от тюрков, что не маловероятно, действительно произошли их вожди, однако они в любом случае состоят в родстве, как показано в генеалогиях.  Настоящая история Дома Чингизов, по выводу Г. Ховарта, начинается с Алунг Гоа”[3].

Учитывая, что до современности более сохраненный как древнеуйгурский, дошел из тюркских языков якутский, этимологии имен, названий, приводимых в этих источниках, как вариант, попробуем понять и объяснить на основе якутского языка.

Согласно генеалогическому мифу монгольской летописи «Сокровенное сказание», объясняющему происхождение монгольских племен и княжеских фамилий, Борте-Чино со своей женой Хо Марал (каурая лань) переплыл море Тенгиз и стал кочевать около горы Бурхан-халдун, у истоков реки Онон. Нашедшие в их именах отражение волк, олень относятся к числу древнейших тотемов монголо-язычных племен Центральной Азии (сяньби, кидании), а волк почитался в средневековье также и рядом тюркских народов (орхонские тюрки, огузы, уйгуры, усуни). Наряду с этим «Сокровенное сказание» называет Борте-Чино родившимся по соизволению Дегере-Тенгри (верховного неба), а летописец 18 века Мерген Геген – сыном неба (таким образом, в летописях, по-видимому, отразились мифологические представления и о тотемическом, и о небесном происхождении монгольских родоплеменных групп). В «Сборнике летописей» Рашид ад-дина (14 в.) Борте-Чино – один из князей монгольских племен, вышедших из урочища Эргунекун. Причиной первоначального переселения Борте-Чино летописец 17 века Лубсан Данзан называет его конфликт со старшими братьями. У Мерген Гегена имя Хо Марал переосмысливается, она оказывается «госпожой  Марал из рода Хова», которая осталась беременной после смерти мужа – вождя племени обитавшего около горы Бурхан-халдун. Борте-Чино женится на ней и таким образом занимает пустующее место владыки. В любом случае, появляется ли он вместе с Хо Марал или женится на ней потом, Борте-Чино выступает как пришелец, занявший княжеский престол у народа, по тем или иным причинам не имевшего государя (как и Бодончар). В летописях 17-18 вв. монгольский генеалогический миф увязывается с буддийской квазиисторической родословной индийских и тибетских царей: Борте-Чино оказывается младшим сыном одного  из семи мифических тибетских «престольных государей», а именно – «златопрестольного» (Алтан сандалиту хаган).[1, с.184, т. 1]

Как вариант, можем предположить, что архетипами горы Бурхан-халдун и моря Тенгиз, могли быть гора Кайлас и море Тенгиз, которое по преданиям было в древности вокруг этой горы, рудиментами которого сегодня являются Манасаровар и другие озера в Тибете. На местном наречии Манасоравар произносится Манассарыа, при этом окончание [ыа] является дифтонгом и на английском обозначается через [w] — Manasarowar. Это замечание дается для того, чтобы подчеркнуть, что слово сарыа, сары, сара на древнетюркском обозначающее желтый, солнечный, священный, применим к названиям озер – Сахсары, Сайсары в Сибири, Манассары, Сатисары в Тибете, Индии, и др.

По данным исторических, этнографических, лингвистических, фольклорных исследований, этногенез саха-якутов имеет мощный древний индо-иранский пласт. Можно предположить, что общие предки якутов и родственных им этносов в квазиисторические времена могли проживать там, где произрастает сандаловое дерево (Santalum album), из которого и мастерили столы, т.е. на севере Индии, граничащем с Тибетом, Пакистаном, Афганистаном. И мифические предки этих народов могли иметь общее с мифическими тибетскими «престольными государями», в т.ч. и с Алтан сандалиту хаганом — «златопрестольным хаганом». На это указывает и созвучность произношения, и смысловое совпадение слов имени предка Борте-Чино.

Имя отца Борте-Чино указывает на то, что тот имел алтан сандалы – золотой или медный стол, т.е. блестящий, лучезарный и круглый как солнце стол из сандалового дерева.

Саха-якуты свои столы — сандалы выскабливали до белизны, натирали до блеска, искусно украшали, вырезали ножки в виде конских копыт. Саха-якуты, как и другие, обожествляли коня, солнце считали огненным небесным конем Джесегей, эманацией Верховного Бога – Тангара, (Юрюнг) Аар Айыы Тойона.

В якутском языке по словарю Э.К. Пекарского [2, с. 2075, т.2]:

Сандал [ср.санда5а, сандар, сандыл и тюрк. jan гореть, jaшын молния] – лучезарный: сандал саjын (саjыт) лучезарное лето

  1. Сандалы [см. тюрк. сандаlija, бур. сандаli = монг. стул] древний стол; древний восьмиугольный стол без ножек, из досок или бересты; берестяной стол с 4 ножками, пришитыми по углам, а деревянный – вроде доски для разрубания мяса; а5ыс атахтаах сандалы осьминожный стол, стол о восьми ножках.
  2. сандалы [от сандал+ы] = сандары

светлый — сияющий, Худ.;

сандалы манан кыргыттар — сияющие белизной девицы,

сандалы бастах — рыба с светлой головой;

сандалы ох — стрела, которая была предназначена для пробивания кожаной брони с нашитыми железными пластинками Новг.;

Сандалы-бё5ё – имя богатыря Обр.1, 270.272;

Аламай Сандалы тоjон – имя

Ан-Сандалыйа-бухатыр — имя богатыря.

сандалыла [от сандалы-ла] – давать кого-либо для прислуживания за столом (наряду с оруоlцуттаа);

а5ыс уон цабыл цахтары сандалылаан (ск.) — давши 80 дъвокь для прислуживанiя за столомь.

сандалылан [от сандалыла + н] имъть кого-либо въ качествъ прислужника за столомъ (наряду съ оруоlцуттан);

а5ыс уоннуу цабыл цахталлар сандалыланан icallaр (ск.) — идуть в сопровождении прислужниць за столомь, по 80-ти дъвокь (съ каждой стороны)

А также [2, с. 2078, т.2]:

сандыл [ср. сандал] лучезарный (небо);

аjы сандыл сабан саjын дойду — страна, гдъ всегдашнее светлолучезарное лъто, Обр.I,81.87;

алтан сандыл кilia хаjа — медносветлая блестящая гора ib. 458;

Сандыл-Бай-Тойон сказочное имя Вас.

У Г. Ховарта: “Монгольская легенда про их волчьего предка ведает нам, что его звали Буртечино. Если Чино означает волк, то Бурте означает голубой и, во-вторых, небесный или божественный; поэтому Буртечино означает Божественный Волк. Ссананг Сетцзен рассказывает, что Чингиз Хан назвал свой народ Кек Монгол, т.е. Голубые Монголы (op.cit., 71 and 380, p. 22). Голубой опять же был императорским цветом Юан или Монгольской династии (Klaproth, Asia Polyglotta, p.265). Говорят, что Буртечино  был женат на Гоа Марал, белой или светлой оленихе (Schmidt, op. cit.,p.373, n. 2), имя которой, по всей видимости, контрастно дополняет Буртечино» [3]

В этих и других источниках фигурируют следующие имена и названия: Бурте или Борте, Чино, Кек Монгол, Гоа Марал или Хо Марал, Алан Гоа, Алан Ко, род Хова. Если учесть, что история монгольского императорского дома писалась древними уйгурами, логичнее будет попытаться понять смысл имен с якутского языка.

Б¹рт¹ [Берте].   На якутском это слово означает черная полоска на лапах волка. В словаре Э. К. Пекарского [2, с.525, т.1]

Якуты считали лучшей волчьей шкурой ту шкуру, где на лапах имелись черные полоски. Вожак стаи — молодой сильный волк имеет черный мех на передней стороне лап. Соответственно шкуры лап вожака — молодого волка, пришивали как сакрализованный знак вождя к голенищам кожаной обуви ханов, тойонов. Один из предков хангаласских якутов носил имя Бёртё, его род назывался род бёртё, сегодня его имя носит один из наслегов Хангаласского улуса в Якутии.

Кюёх Мо5ол [Кек Монгол].  На якутском Кюёх означает синий, голубой.

Слово М5ол  по словарю Э.К. Пекарского [2, с.1575 – 1590, т.2]:

мо5ой [ср. бур. могоj, монг. Мо5ай] = мо½оi

1.      змъй, змъя (ср. эриэн кыл, хахай); гадюка обыкновенная; дракон; аспид (куччугуй мо5ой); уот мо5ой огненная змея, дракон;...

2.      жаба;

3.      действующее лицо в сказках и былинах; Одун-Мо5ой (ск.) дядя (старший брат)    Сюрдэх-Сюгэ-Тойон-а;

мо5ол [ср. осм. мо5ол монголь, монг. «мон5ол», у авганских монголов:

мо5ол (moghol)] = мо5ул, монгол

1.      большой, великий; солидный, тучный, корпусный; мо5ол ураса (берестяная юрта); мо5ол тангара большой бог, великое божество; мо5ол дьахтар (хотун) дородная женщина (госпожа); Мо5ол тойон божество, покровительствующее скоту;

2.      монголь

мо5ол [ср. бур. монгол=монг. монголь] = мо5ол (мо5ул)

мо5ол ураса (ск.) большая ураса; монол хотун дородная госпожа;

Туонэ-Мо5ол-тоjон мужское имя; один из сыновей Урун-айы-тойона.

Исходя из этого, Кек Монгол на якутском может означать Голубой Дракон, Голубое Божество, Голубой (Синий) Господин, Голубая (Синяя) юрта,  шатер, т.е. Небо и т.д.

Гоа Марал, Хо Марал, Алан КоАлан Гоа,  род Хова.  Это имя также имеет сходство с именами мифических предков саха-якутов. В героическом эпосе олонхо и сказках женские имена имеют приставки куо, как например,  Туйаарыма-куо, Айталын-куо, Кыскыйдан-куо, Хаскыйдан-куо, Нуоруллан-куо, Юрюнг Юкэйдэн-куо и проч.

В словаре Э.К. Пекарского [2, с.1220, т.2]:

Куо [ср. тел. Ko прекрасный, гармонический, правильно выросший]

1.      красивый с оттенком игривости: куо цаllik kымнjы красивая непосъда плеть; куо цараlik kымнjы . игривопестрый кнут Ник.; куо куjах красивая кольчуга.

2.      красавица Худ., нъженка ДП. (как приставка кь именам разных былинных и сказочных героинь.

Мотив непорочного зачатия, как в случае Алан Ко, в якутских преданиях распространенный мотив.

Также интересны названия местностей в этих источниках. В «Сборнике летописей» Рашид-аддина (14 в.) Борте-Чино — один из вождей монгольских племён, вышел из урочища Эргунекун.

У Г. Ховарта: “Ханом, говорит Рашид, который правил ими во время выхода из Ургене Кюн, был Буртечино, из племени Курула, расы Кайанов.(Erdmann, Temudschin, pp.523-4; Abulghazi, pp.32-3). Курула были хорошо известной ветвью знаменитой Тюркской расы Кункуратов.” [3]

В этой связи приводим справку о существовании рода Хорула у якутов, и сегодня имеются одноименные наслега в Якутии.

Но нас больше интересует упомянутые местности под названием Эргунекун или Ургене Кюн. В узбекском и туркменском эпосах Эргенекон повествуется о выходе тюрков из тайной долины под названием Эргенекон, и мусульманский праздник во время весеннего равноденствия Навруз по сути посвящен домусульманскому вызволению предков тюрков из “каменного мешка” Эргенекон – долины между непреодолимыми скалами. Известно, что Чингис Хан проводил праздник, посвященный вызволению из каменного укрытия, и сам исполнял роль кузнеца, бил молотом по наковальне.

Саха-якуты считают себя людьми солнечного улуса Кюн Ёркён [Кюн Еркен]. В якутском героическом эпосе «Ньюргун Боотур Стремительный» [6, с.294] герой вызволяет своих соплеменников – богатырей улуса Кюн Ёркён, заточенных вражеским богатырем в дно горного каменного мешка.  Из этого сюжета видны параллели с сюжетами как из «Сборника летописей» Рашид-аддина и сюжетами эпосов центрально-азиатских тюрков. Во всех случаях названия и характер места Эргунекун, Ургене Кюн, Эргуне Кун и Кюн Ёркён совпадают, и в переводе на якутский означают “улус солнечных лучей” или “улус Солнечного Зенита”.

Причиной первоначального переселения Борте-Чино летописец 17 в. Лубсан Дандзан называет его конфликт со старшими братьями. Мотив отвергнутых, или изгнанных по каким-то причинам родственников распространен в фольклоре и преданиях многих тюркских и монгольских народов.

По фольклорным данным саха-якуты являются отверженным родом своего племени. В олонхо на фоне родственного конфликта, будучи отвергнутыми соплеменниками, первопредки саха спустились с более высотных широт на более низкие (с верхнего мира в серединный). Конкретнее – в длинную солнечную долину, окаймленную белоснежными горными пиками. В центре, которой словно пуп земли,  выпукло округло возвышалась девяти ступенчатая гора, как главная белая юрта – Мо5ол или Монгол ура.

Из этих и других толкований вполне можно согласиться, что белоснежная гора Кайлас тибетского плато, от природы имеющая форму правильной   куполообразной пирамиды с закругленным верхом, на южном склоне с девяти ступенчатой бороздой на всю высоту в виде крылатого змея, дракона, вполне могла бы сойти за главную юрту земли – Монгол Ураса. По легенде вокруг Кайласа в древности было море Тенгиз. В мифологии якутов Чынгыс Хан – имя божества непоколебимой твердости, ведающего стужей. А ледяной “дракон” Мо5ол с фасада горы Кайлас — изваяние природы высотой около 7 тысяч метров, и в силу высоты находящийся всегда под безоблачным вечно голубым небом, мог быть его архетипом – эманацией бога, неба, космоса – Мо5ол Тангара, Тенгри.

Название горы Кайлас созвучно с якутским Хайалас, в котором корень хай в интерпретациях означает:

— обкидывать (засыпать) снегом дом, угоивать, затыкать, закладывать отверстия снегом; харынан хай — забрасывать снегом, тюннюгю хай, окно (т.е. льдину оконную) ухитить (забить вокруг) снегом, чтоб не дуло.[2, с.3231, т. 3]

хайа5ас –

хайалас —

хайа —

К племени, которое поклонялось каменному богу дракону с Кайласа, по тем или иным генеалогическим линиям могут восходить алтайские народы, вышедшие из горнила Центральной Азии, точнее из гималайских и памирских долин, впоследствии переместившиеся по тянь-шаньским долинам, тибетскому плато в Монголию и Сибирь.

Имя тотемного божества  Мо5ол могло и послужить самоназванием этого племени. По аналогии от поклонения небу как синему шатру мог появиться термин Кёк Монгол или Мо5ол Тангара – Голубой Дракон или Небесный Дракон.

Косвенно подтверждением этому может служить топонимика Тибета — названия озера Тангра, долины Тингри, горы Кайлас, моря Тенгиз.

Глубочайшие каньоны, затерянные в них долины, вполне могли быть убежищами для легендарного племени, и от них остались в памяти алтайских народов слова  ТангараТангра,  Хайалас — Кайлас,  Чынгыс-Тенгиз, Ёркён Кюн — Эргунекун и т.д.

В вышеназванных источниках ярко описываются обряды поклонения Тенгри во время кумысных праздников. Исходя из описаний этих обрядов и ритуалов, можно понять, что поклонение Тенгри – Синему Небу, это религия.

Как известно, религия – система определенных обрядов и ритуалов, основанных на мифологизированной истории и выполняемых каждым членом общества в течение определенного исторического времени.

Тенгрианство, вера в Тенгри, Тангара как религия -  также исторически сложившаяся система обрядов и ритуалов, основанная на мифологизированной истории и мировоззрении алтайских народов, зачатки которой возникли, у одного племени, к которому они восходят каждый по своей линии. Ее зачатки возникли еще на стадии разложения родоплеменного строя. И сегодня ее рудименты сохранились в виде элементов народных обычаев, праздников всех алтайских народов.  Философия тенгрианства органично вошла в постулаты, как буддизма, так и авраамистических учений.

В более сохраненном виде обрядово-ритуальная часть этой религии сохранилась у самых северных тюрков мира – саха-якутов в силу долговременной их самоизоляции в глубоком тылу евразийских исторических событий. Саха-якуты отличают видимое небо [халлаан] от бога [тангара], т.е. понятие Тенгри для них не просто небо, а первоначало, это то, что охватывает Все.

Философия коллективного обряда испрашивания, вымаливания алгыса – небесной милости у Айыы Тангара, Благородного Творца Господа (Аар Айыы Тойон), проходит красной нитью народного праздника Ыhыах во время летнего солнцестояния. По этнографическим и фольклорным исследованиям этот обряд описывается у алтайцев, калмыков, бурят, хакасов, башкир, следовательно, в древние времена он проводился в племени, к которому восходят по тем или иным генеалогическим линиям эти и другие родственные этносы.

В центре, обряда – принятие природы космоса как живого целого, проникнутого единым мировым космическим духом Тенгри. Это понятие мирового космического духа, выступающего как всеобщий деятель в природе, сливается с  эфиром, пространством. Во время ритуала коллективного восхождения  участников обряда за пределы девятисферного Неба, параллелизм микрокосма и макрокосма создает возможность магического воздействия человека на природу Неба с помощью таинства обряда.

Главное лицо обряда – белый жрец алгысчыт. Магический путь прохождения им в измененном психическом состоянии  9 планетных сфер и выход за пределы солнечной системы – путь к постижению природы и овладения силами космоса — Тенгри. Его воображение, в отличие от фантазии, это магическое созидание образа как реального тела мысли, которая, в свою очередь, понимается как практически-волевое устремление его души.

Под его началом участники обряда в измененном психическом состоянии реально осуществляют достижение коллективной мысли источника мирового духа – Айыы Тангара или — Ар Айыы тойона.

Цель участника обряда – достичь с соплеменниками универсальной коллективной гармонии с природой космоса, тем самым дойти до Тенгри, вымолить у него благость. Задача участника обряда оказать благотворное коллективное воздействие на природу, защитить ее универсальное состояние, противостоять  нарушению ее гармонии.

В первых веках нашей эры перед ранними государствами не могли стоять вопросы экологии. Но  в суровых климатических районах Азии человек в полной мере понимал свою зависимость от природы и стихии. Соответствовало этому и его мировоззрение. Все что нарушало принципы его благоговейного отношения к жизни, этике природы, вызывало страх и опасение за будущее. О грядущих экологических и климатических угрозах систематически предупреждали великие шаманы, оракулы, жрецы, обладающие даром ясновидения. И в начале тринадцатого столетия в глубинах северной Азии, действительно, взорвался сгусток психической энергии, направленный  против будущей глобальной экокатастрофы. Он мог произойти только в том обществе, где сохранялась и культивировалась универсальная экософия, когда коллективные духовно-нравственные искания были неотъемлемой частью выживания рода и духовно-нравственные искания  личного бога еще не нашли ярко выраженных форм.

Только с 19-го века появились программы охраны природы.   Развитие социальной экологии послужило мощным импульсом выдвижения перед человечеством новых ценностей – сохранения экосистем, отношения к Земле как к уникальной экосистеме, осмотрительного и бережного отношения к живому. Тенденция к экологической переориентации этики обнаруживаются в различных этических концепциях: учении А. Шнейдера о благоговейном отношении к жизни, этике природы американского эколога О. Леопольда, космической этике К.Э. Циолковского, этике любви к жизни, разработанной биологом Д.П. Филатовым. [4, стр. 790]

Тенгрианство – учение о мировоззрении человека, почитающего природу космоса – Тенгри-Неба, считающего все земное его частью и творением, и вере в единоначалие метаразумного космического мироздания, о гармонии и балансе всего сущего через космические законы и миссии человека соблюдать и совершенствовать эти законы во имя сохранения миропорядка.

В основе тенгрианства – экософия, понимание в существование видимого и невидимого мира природы, космоса и их стабилизирующего взаимопроникновения. Тенгрианство учит человека сосуществовать с видимым и невидимым в гармонии, и противостоять нарушениям этой гармонии. По сути это учение глубоко атеистично и развитие современной и будущей  науки докажет реалистичность этого мировоззрения.

“Чингисхан был вдохновлен религиозным чувством, связанным с идеалом универсального государства. Его религиозность не может быть, однако, названа государственной религией, поскольку психологически связь между ним и Богом была прямой, а не через какую-либо традиционную церковь. На этой почве Гиббон даже счел возможным охарактеризовать религию Чингисхана как 'систему чистого теизма и совершенной терпимости". Сравнивая ее с законами Чингисхана, он говорит: "Именно религия Чингиза более всего заслуживает нашего восторга и аплодисментов[5]".

Как и в религиях Китая, Кореи, Японии, Индии и других политеистических религиях у древних тюрко-монгольских племен фигурируют сонмы богов, одни из которых обычно выступают как главные, наиболее могущественные, например как Зевс у древних греков.

В еще более ранних формах их верований – шаманизме, еще нет веры в богов, а есть поклонение неодушевленным предметам (фетишизм), вера в духов, демонов (анимизм) и т.п. С разложением первобытнообщинного строя, с развитием племенных отношений возникает образ племенных богов, отображенных в фольклоре, мифологии. Это, прежде всего боги-воители, предводители своего племени в борьбе с другими племенами и их богами. Таким образом, Тенгри-Небо прошел длительный путь развития, отражая исторический путь развития, эволюцию почитающих его тюрко-монгольских племен. У древних тюрков слово тенгри, т.е. небо, как космос, было применимо как нарицательное имя к собственным именам племенных богов, например у якутов Мо5ол Тангара, Айыы Тангара, Кыыс Тангара, и т.д. Первоначально Тенгри — племенной и местный бог, как Йахве у древних евреев, с объединением древнетюркских племен и созданием древнетюркского государства каганата был переосмыслен как единый Бог-творец и вседержитель. Тут можно отметить, любопытную деталь, что самоназвание саха-якутов hаха, hакха и в древности оно обозначало, как и Йахве имя табуированного солнечного бога.

Тенгри в религиозных представлениях древних тюрков сверхъестественное высшее существо, верховный предмет религиозного культа. Представление о Тенгри как о личном и сверхприродном является определяющим признаком этой религии.

В науке исследована тема общих типологических аспектов описания культовых обрядов алтайских народов и древних иранцев, персов. Это видно более ярко на примере исследования культуры саха-якутов.  Имеют ли обряды алтайских народов и древних иранцев, персов общие генетические аспекты, покажет будущее сравнительного исследования их эпического наследия и истории. В этой связи, любопытно отметить, что в якутском героическом эпосе олонхо говорится о том, что богатыри саха рождаются там, где зимуют белые журавли – стерхи.  Они зимовали и сегодня зимуют в Иране, бассейне реки Янцзы, берущей начало в Тибете, северной Индии. В олонхо и якутских преданиях говорится о счастливой долине предков под названием Кыаладыкы, Куоладыкы или Кыалады, Куолады, а в северной Индии в долине реки Инд имеется местность Кеаладео, где имеется национальный заповедник, основанный Индирой Ганди специально для зимующих сибирских белых журавлей – стерхов. Интересен факт тотемного животного семьи Будды Гаутама – журавля и священной птицы тотема многих тюркских народов белого журавля стерха.

Если будет принята генетическая общность древних индоиранских и прататюркских ариев, то время возникновения культа Тенгри у отдельно взятого высокогорного племени, вышедшего из местности на границе современных Афганистана, Пакистана, Северной Индии, и Тибета может датироваться со времен цивилизаций Хараппа и Мохенджо-Даро. И тогда выявление общих зачатков культа тенгри у прататюрков и дингир у шумеро-аккадцев  логично. Логично и общность культов йахве евреев и hакха саха-якутов, Элу и Илу западно-семитских народов с прататюркскими Эл и Ил и др.

“Внезапный взрыв агрессии среди монголов в начале тринадцатого столетия все еще остается психологической загадкой. Если использовать аналогию с физической наукой, взорвался сгусток психической энергии. Общепринято, что начальная сила арабской экспансии VII века, говоря психологически, была производной от рвения и фанатизма новой религии. Но Чингисхан не принадлежал ни к одной из великих укоренившихся церквей; его называли язычником, как мусульмане, так и христиане. Его религиозная политика состояла в веротерпимости относительно всех исповеданий.

Историк XIII в. Аб-уль-Фарадж так комментировал ведущую идею Чингисхана: "...в поведении, подобном его, монгольская вера в Бога проявила себя. И благодаря этому они завоевывали и будут завоевывать[5]"

В экософии принципов тенгрианца и кроется  “осознание Чингисханом собственной миссии — установить в мире универсальное состояние”.   Идеал универсального государства был продиктован религиозным чувством, связанным с универсальной эконравственной доктриной.

Совершенная терпимость Чигис Хана к другим религиям была обусловлена самим принципом его веры. Усовершенствование духовно-нравственных качеств души отдельно взятой личности, которое является основным принципом авраамистических религий и буддизма, может только укрепить постулаты тенгрианства – все что благородно, приводит к гармонии человека и природы. Перед научным сообществом стоит вопрос переосмысления религии Тенгри. Долг науки — определиться со временем и местом ее возникновения.

1.      Мифы народов мира.  Энциклопедия: в 2-х т./ Гл. ред. С.А. Токарев, -  М.; Сов. Энциклопндия, 1991 г.;

2.  Словарь якутского языка: в 3-х т. / Э.К. Пекарский – М; Академия наук СССР, 1959 г.;

3.   Sir HENRY H. HOWORTH, K. C. I. E., F. R. S., etc.

«JOURNAL of the ROYAL ASIATIC SOCIETY,» July, 1908.;

4.  Философский энциклопедический словарь / М; Советская энциклопедия, 1983 г.;

5.

6.   Якутские эпосы, олонхо К.Г. Оросина “Ньургун Боотур Стремительный”- Я.; ГОСИЗДАТ

ЯАССР, 1947  г.; 1 в. / Под ред. Г.У. Эргис/


[1] Бадак А.Н.  Войнич И.Е. и др. Всемирная История, у истоков  цивилизации. Бронзовый век, Москва, 1996г. Стр. 35

2 Наука и жизнь, март 2005г. Стр. 27

1 Окладников А.П.  История Сибири. Том 1. Древняя Сибирь, Наука, Ленинград 1968г.Стр.117.

2 Киселев С.В. Древняя история Южной Сибири. АН СССР.Москва, 1951г.Стр.48.

3 Бадак А.Н., Войнич И.Е. и др. Всемирная история. У истоков цивилизации. Москва, 1999г. Стр.97.

1 Сердце Евразии:  континентальный  взгляд на разнообразие  Y-  хромосомы. август—28, 2001г. www pnas.org/cgi/dci/10.1073/pnas, Стр.1,9,10.

2 Бернштам А.Н.Избранные труды по  археологии и истории кыргызов и Кыргызстана, Бишкек, 1998г. том II.Стр. 169.

3 там же, Стр.311.

1 Языки мира, Тюркские языки, РАН, Институт языкознания, Бишкек, 1997г. Стр.8.