Главная » Статьи

Анатолий НИКОЛАЕВ: «Мы — архитекторы бизнеса»

31 января 2016 Просмотров 491

От архитектуры комплекса наш проект «Земля Олонхо» идет в сторону архитектуры бизнеса. Генеральный директор группы компаний «Сир» Анатолий НИКОЛАЕВ стал одним из первых, кто увидел в объекте Алмазный центр «Кудай Бахсы» возможность задать новый уровень для развития гранильно-ювелирного бизнеса республики. По его мнению, Алмазный центр «Кудай Бахсы» должен стать лицом золото-бриллиантового центра России. Но для этого надо изменить отношение к этой отрасли, которая за последние годы потеряла не одну компанию, а самое печальное — внимание и поддержку со стороны правительства республики. Известный бизнесмен считает, что в этой отрасли необходима перезагрузка и переход к классической, мировой схеме ведения бизнеса. Что это за схема? – мы поинтересовались у Анатолия Семеновича, а заодно узнали, каким ему видится Алмазный центр «Кудай Бахсы».       

 

987

— Анатолий Семенович, как появилась идея этой бизнес-схемы?

— Я думаю, здесь надо начать с историзма – с обретения суверенитета, когда был подъем патриотизма, люди были очень активные. Республика получила возможность заниматься гранильным производством, и была поддержка со стороны правительства, АК АЛРОСА, которые давали давальческое сырье. Об этом можно много говорить, начиная с того, как молодые тогда энтузиасты во главе с Георгием Яковлевым встали у руля гранильной промышленности. Одни учились на ходу быть менеджерами этого бизнеса, другие учились на сортировщика, огранщика, третьи возили оборудование, но у всех горели глаза. Никто тогда не знал алмазного бизнеса, это было новое дело. Естественно ошибались, но одновременно росли. Росли и мы — те, кто финансировал этот бизнес. Я помню, когда Георгий Яковлев уходил из «Туймаады-Даймонд», то его компания должна была банку «Сир» около 10 млн. долларов. Мы очень поддерживали «Туймааду Даймонд», помогали становиться гранильному производству. В 1990-х когда наша компания учреждала завод ТСБ «Алмаз», то убедили «Башккредитбанк» стать соучредителем и внести в уставный капитал завода 1,5 млн. долларов и положили их на депозит. С процентов этих депозитов дотировалось производство, платилась заработная плата.

Но если говорить об истории, то она возвращает нас к бренду «Якутия». Якутию надо связывать с горнорудной отраслью, а не с сельскохозяйственной или авиакомпанией «Якутия». Это пошло еще с советских времен, когда горнорудной отрасли уделялось большое внимание. Якутия для всей России ассоциируется с золотом и алмазами. Премьер-министр Галина Данчикова на одном совещании сказала, что наше золото самое качественное, поэтому пользуется большим спросом, чем остальное. Но оно пользуется спросом, не потому что у других хуже, добытое золото у всех проходит одинаковую процедуру аффинажа и пробирования, а потому что сама Якутия ассоциирует с золотом.

Родоначальником ювелирной отрасли республики является предприятие «Якутзолото», которое возглавлял Тарас Десяткин. В 1990-х годах от этого предприятия отпочковались профессионалы и первыми создали частный бизнес. Николай Оконешникова создал ювелирный завод «Голд Спарк» и занимался реализацией. К этому же пришел Василий Алексеев, создавший компанию «Сахаювелир». Это естественное явление, когда из сферы бывших работников «Якутзолото» вышли пионеры частного ювелирного бизнеса.

— Получается, банк «Сир» в те годы финансово поддерживал этот бизнес?

— Да, мы помогали не только гранильному заводу «Туймаады Даймонд», но и ювелирному заводу «Голд Спарк». Но что я хочу подчеркнуть. На протяжении 25 лет мы, якутяне, создавали гранильную отрасль, ошибались, но все-таки накопили большой опыт в этом деле. Но до сих пор соответствующие структуры правительства нашей республики не могут сделать обобщения этого опыта. Нет аналитического материала, нет сформулированного определения самой философии этого бизнеса. Как и куда нужно дальше двигаться? Потому что нет историзма и преемственности гранильно-ювелирного бизнеса. Молодежь, которая пришла в правительство об этой отрасли ничего не знает. Для того, чтобы эта работа пошла, должен быть предводитель, идейный вдохновитель, личность. Им мог бы быть зампред правительства, курирующий отрасль и не понаслышке знающий философию гранильно-ювелирного бизнеса. В те годы зампредом был Руслан Шипков – человек, который поддерживал и понимал эту сферу.

Мы не только финансировали этот бизнес. Наша компания «Сир» занимается гранильным бизнесом с 1992 года – с момента создания завода «ТСБ Алмаз». В 1994 году мы начали заниматься золотодобычей, и это в первую очередь взаимоотношения с компанией «Селигдар». На данный момент мы работаем в более 10 отраслях, одна из которых горнорудная. Очень интересная, привлекательная и эффективная в современных условиях отрасль промышленности. Но для того, чтобы сдвинуть всю эту отрасль, а вместе с ней и гранильно-ювелирную, надо знать классическую формулу интегрированного бизнеса, и главное применять ее на практике. Это Де Бирсовская формула – 8:12:50, которая стала мировой.

— Можете ее расшифровать?

— 8 млрд.долл. выручки дают алмазы, 12 – бриллианты, 50 — ювелирные изделия. Прибавочный продукт в этом бизнесе создается на последней стадии. Все компании, которые занимались огранкой, все пришли в ювелирный бизнес с реализацией конечного продукта. Эта схема вертикально интегрирована — цепь, которая ведет от добычи сырья до конечного потребителя. Вертикальная она, потому что управленческая цепь идет последовательно сверху вниз. Если бы это было территориальное перемещение, то можно было бы назвать это горизонтальной цепочкой. А здесь она управленческая — от добычи к переработке, затем к реализации. В советское время у нас была только добыча. Ювелирная отрасль существовала, но это была штамповка, без особой художественной ценности. Хотя изделия имели якутскую самобытность, в них не использовались бриллианты. С созданием гранильной отрасли, появилось звено, которое позволило выйти уже на другой уровень. Появилась торговля ювелирными изделиями с бриллиантами. «Голд-Спарк», «Сахаювелир», «Якутзолото», «Киэргэ», ГУП КДМ, «ЭПЛ Даймонд», «YDC» и другие. Хотя все производственники пришли к торговым сетям, но не все из них выжили. На данный момент осталось примерно пять компаний, но главное есть люди, которые в этой отрасли работают давно или работали и могут вернуться. Поэтому в республике нужно создать корпорацию, которая будет работать по схеме 8:12:50, и сделать ее управляемой.

— Вы предлагаете вовлечь в эту схему добывающие, гранильные, ювелирные компании. Кем будет управляться эта схема или корпорация?

— Реальными собственниками. Здесь надо понимать классическую философию бизнеса и поднять образовательный уровень. Я не открываю Америку. В России и в мире это все проходили. Это система корпоративного управления, которая у нас толком не внедрена. Мы до сих пор еще не развились до философии реального акционерного общества. В корпорации сидят реальные собственники производства, которые делают деньги и болеют за дело. Собственники-инициаторы этого дела вносят свою долю и наращивают капитал. Допустим, мы вносим свою долю, подключаются гранильные, ювелирные компании, золотодобытчики…Я разговаривал с «ювелирщиками», они готовы войти и работать по этой схеме. Лишь бы была работа и норма прибыли. Потому что ситуация сейчас непростая.

Мы в 1990 годах были пионерами этого бизнеса, собственников еще не было. Сейчас они появились, и на нашем рынке остались самые сильные компании. Им надо дать вектор развития и заинтересовать этим делом правительство республики и Ил Тумэн. Это отрасль у нас должна развиваться и быть очень сильной. Без участия государства, без его интереса мы далеко не уйдем. Сейчас в России рынок как двигается? В основном с помощью государственного регулирования, государственно-частного партнерства, тех же ТОСЭР (территория опережающего социально-экономического развития).

Можно создать управляющую компанию в виде ассоциации. Но фактически такую функцию сейчас выполняет ГУП КДМ. Нужно проанализировать его опыт работы, при этом учесть, что это предприятие государственное, зарегламентированное.                            А в условиях рыночной конкуренции, в процессе хозяйственной деятельности большое значение имеют гибкость, оперативность в принятии решений. Поэтому при создании предлагаемой схемы, надо сделать ее более гибкой. На рынке все меняется очень быстро. Но в любом случае у руля создаваемой системы должны стоять собственники, люди мотивированные. Назначенный сверху менеджер не отвечает в полной мере, у него нет личной ответственности.

— На дворе экономический кризис, одни экономят, другие закрываются. Хотя нередко можно услышать, что кризис – это стимул для бизнеса, для движения вперед… 

— В России же все нестабильно. Каждые три года что-то меняется. Но что я хочу сказать. Из-за отсутствия четкого видения, философии этого бизнеса часть гранильно-ювелирных компаний ушла с рынка. В последние годы эта сфера немного опустела, к тому же сейчас рынок падает. Поэтому если кто сейчас стартанет с полутора-двухгодовой оборачиваемостью, то думаю, сможет занять определенную нишу. Но в данный момент нет инициативы в правительстве. Там считают этот бизнес нерентабельным. Спрашивают – где прибыль? Но это ошибочное мнение. Действительно, если в этот бизнес попадает банковский процент, то он становится убыточным. Потому что это корпоративный бизнес, построенный узким, почти семейным кругом людей. Они не собираются кормить банки. Здесь все друг друга знают, и лишних людей не должно быть. Но полная цепочка этой схемы-бизнеса могла бы обеспечивать до 5 тыс. рабочих мест в городе Якутске. В 1997 году так и было. Алмазно-бриллиантовый комплекс дает большую занятость населения, потому что у народа есть навыки и склонность к этому делу. В те годы были вложены большие деньги в кадровую политику, и управление профтехобразования республики подготовило много профессионалов для гранильной отрасли. Тогда председателем управления был Александр Изместьев.

Есть еще очень важный момент. Из-за удаленности и сложной транспортной инфраструктуры экономика Якутии характерна тем, что любой производимый у нас продукт, имеет большую долю транспортных затрат. Наценка из-за транспортного плеча в себестоимости зависит от стоимости привозимого товара на единицу веса. Даже в торговле привозным продовольствием стоимость транспортного плеча составляет где-то 20-40%. Ювелирное и гранильное производства имеют очень хорошую перспективу развития, потому что здесь нет такой высокой стоимости на единицу веса. Здесь транспортные затраты не играют большой роли. Поэтому схема — добыча-огранка-ювелирка-реализация, должна стать концепцией развития экономики независимо от того, кто курирует эту сферу. Приходит новый куратор, он должен считаться и двигать это направление, учитывая предыдущий опыт. Опыт ценнее денег. И главное еще фактор времени. В этом деле надо чувствовать пространство и время, чтобы не потерять рынок. Он же не стоит, а все время двигается.

— Вы рассказали о сильных сторонах этой схемы. А есть ли здесь проблемные места?

— В этой цепочке самое проблемное место — вовлечение в эту схему золотодобытчиков. Золотодобытчики имеют определенную психологию, отличающуюся от психологии огранщика, ювелира. Но не надо забывать, что в ближайшие пять лет золотодобыча будет высокорентабельной. Нужно сделать привлекательной предлагаемую схему и для этой отрасли.

В данной экономической ситуации, когда нет стабильности рубля, цены на нефть падают, то золото становится единственным товаром, за который можно ухватиться. Но эта отрасль очень капиталоемкая. Денег, инвестиций требует больше, чем «ювелирка».

— Как заинтересовать золотодобытчиков?

— Убедить их, что идея этой цепочки надежна, что инвестированное ими золото, они получат обратно с прибылью. Для этого управляющая компания, которая организует это дело, должна быть очень ликвидной и надежной. Возможно, она должна будет иметь правительственную гарантию. Тогда золотодобытчики могут для старта внести определенную долю золота, участвовать в бизнесе в качестве акционеров.

Все показатели, связанные с падением рубля, нефтью, скрытой инфляцией способствуют росту курса золота. Если будет рентабельность, то можно думать о диверсификации этих предприятий, прежде всего на реализацию. Но это уже задача тех, кто видит эту формулу – убеждать их.

Если говорить о проблемах, то это оборотные средства. Хотя оборачиваемость самих средств сейчас медленная, но циклы оборачиваемости в индустриальном обществе, темпы жизни ускоряются и если раньше реализация ювелирных изделий шла 3-4 месяца или полгода, то сейчас она идет месяц-полтора.

— В связи с чем циклы реализации уменьшаются?

— Это связано с событийностью. Большая часть продаж приходится перед Новым годом, 8 марта, в праздники, то есть циклы реализации сжимаются. А оборачиваемость «ювелирки» полтора-два года. Ни у одного ювелирного предприятия не найдется оборотных средств на полтора-два года. У всех проблема оборотных средств и кредитования. Я думаю, что в нашей ситуации будет неправильно пытаться получать кредиты. По всем правилам банковского дела кредиты получают работающие предприятия, выполняющие все банковские требования и инструкции. Это значит нужно иметь собственные оборотные средства. Все остальные должны развиваться за счет других источников. Эти времена остались в 1990-х, когда за счет кредитов можно было начать бизнес.

— Насколько я поняла — в этой схеме возможен строительный бизнес?

— Это уже межотраслевая интеграция нескольких направлений. Если посмотреть на опыт алмазно-бриллиантового комплекса Индии, то они покупают все, что продает по лотам «АЛРОСА», не глядя. А наши предприятия так не могут. Мы долго анализировали это, и пришли к мнению, что это признак развивающейся экономики. В такой экономике происходит дисбаланс развития между отраслями. Одни отрасли очень рентабельные, быстро идут вперед, а другие наоборот отстают. Индийцы получали под кредит алмазов деньги и успевали их оборачивать через строительный бизнес. Премьер-министр страны г-н Н. Моди, когда был мэром Мумбаи, вложил много в строительство, что в целом очень развило город. В развивающихся странах высокая норма прибыли в строительной сфере. В Якутске до кризиса строительные компании тоже получали очень хорошую прибыль. Они получали деньги с «фундамента», когда объявляли продажу площадей по предоплате. Потом появилось много нормативных актов, лимитов, страхование, началось укрупнение строительных предприятий, случился кризис, и строительство перестало быть интересным.

Опыт Индии мог бы подойти Якутии. Но, по-моему, никто его не использовал. Потому что не было межотраслевой интеграции и понимания строительного бизнеса гранильными компаниями. Но эту схему работы в условиях кризиса можно использовать.

Республика имеет 25-летний опыт работы ювелирно-гранильной отрасли в рыночных условиях, имеет менеджеров, технологов, огранщиков, ювелиров, но сегодня нет идейного вдохновителя в этом деле. А им должно выступать правительство и курирующий это дело зампред. Но они очень часто меняются. Приходят кадры, неподготовленные к управлению этой отраслью. Люди бизнеса вынуждены ходить по курирующим инстанциям и все там объяснять заново. Такая ситуация на данный момент. Была заказана оценка эффективности создания ТОСЭР «Бриллиантовая долина» известной компании «Эрнст Янг». Это очень известная аудиторская компания международного уровня, чья оценка везде признается. Но в ней исходный прогноз министерства промышленности нашей республики был сформирован до 2030 года. Но в процессе разработки документа выявилась необходимость в более длительных сроках окупаемости проекта – до 2045 года.

Кто будет инвестировать в такой проект? Никто. Так нельзя подходить к разработке инвестпроекта. Надо прокачивать различные комбинации вариантов и находить оптимальное решение, приемлемое для инвестора. Поэтому при выборе специалистов, которым поручается разработка таких документов, должны соблюдаться принципы историзма, преемственности в менеджменте отрасли, использовании накопленного опыта, обобщению его.

654 (2)

— Как Вы представляете Алмазный Центр «Кудай Бахсы»?

— Представлю, как здание в 30 тысяч кв. метров, приблизительно в 27 этажей, рассчитанное для гранильных, ювелирных компаний, спецпоста для таможни, офисов золотодобытчиков. Речь идет о предприятиях малого и среднего бизнеса, добывающих до 100 кг золота. Конечно, будут ювелирные магазины, банки, рестораны. Подобное есть в Москве, когда на базе часового завода создали производство ювелирных изделий и огранки алмазов. Там же открывают маленькую российскую биржу. Во всем мире есть такие комплексы, поэтому пора уже, время пришло. Торговые сети, рестораны будут находиться на первом этаже. Выше банки, офисы, производственные помещения.

789

— Во сколько обойдется строительство здания, и кто будет это финансировать?

— Примерно до 2 млрд рублей, если 1 кв. метр будет стоить 60 тысяч рублей. Сейчас пока не можем сказать, кто именно будет финансировать. Наша компания может профинансировать свою долю. В этом деле должна быть демократия. Любой субъект этой схемы может участвовать на долевых условиях.

Этот объект должен достойно представлять республику и стать лицом золото-бриллиантового центра России. Но самое главное — специализированное здание даст толчок для развития малого бизнеса с учетом его роста. Надо посмотреть на опыт развития Костромы, где производится до 20% всей «ювелирки» России. Это яркий пример развития ювелирного дела России. Нашему министерству экономики нужно изучить этот опыт.

Республика сейчас сидит без инициативы. Тогда как иногда отголоски о создании алмазно-бриллиантового центра в Хабаровске или Владивостоке слышатся со стороны федеральных структур. Но мы 25 лет этим занимаемся, имеем опыт, путь, полный ошибок и находок. Вновь создающие пройдут то, что мы уже имеем. Зачем же повторять? Я знаю, что именно холод наш союзник в этом деле. Я много ездил, видел разные народы…

Когда я был в Алматы, посетил Государственный музей Казахстана. Там есть Зал Археологическое золото Казахстана — сокровищница золотых артефактов скифов, саков. Со мной были казахи-банкиры. Мы осмотрели все эти предметы древнего искусства, вышли из зала и увидели прилавки с украшениями современного кустарного производства, изделия народного промысла. В Казахстане нет ни одного крупного ювелирного производства. Казахи имеют государственность, деньги, добывают золото, но своей «ювелирки», как у нас, нет.

— Скифские традиции остались в прошлом.

— Да, эта традиция у них потеряна. Я им говорю: «Ваши предки саки, скифы на этой земле создавали такие прекрасные вещи, которые даже сейчас невозможно сделать. А у вас этой отрасли нет. Нет ни одного ювелирного завода, вы делаете все кустарным способом».

В Якутии же это есть, потому что в советское время были созданы отрасль, база, и наши мастера-ювелиры, наши кудай бахсы, сохраняют и развивают традицию национального ювелирного искусства. Наш народ привычный и способный к этому делу. Надо это понимать и ценить. Нельзя отдавать инициативу Владивостоку или Хабаровску. И  Дальнему Востоку не стоит вновь тратиться на создание того, что уже имеется в Якутске, нашей республике.

Чем еще привлекателен проект Алмазного центра? Многие считают, что комплекс «Земля Олонхо» только социальный проект. Но сейчас мало, кто вкладывается в крупные социальные проекты, потому что это требует больших денег. Когда будет строиться Алмазный центр со всей инфраструктурой комплекса «Земля Олонхо», то начнется движение на всей этой территории. Он может потянуть за собой строительство Международного центра Олонхо и других объектов. Я считаю, что Алмазный центр – это экономически выгодный стартап для «Земли Олонхо».

На фото: 1. Традиционные якутские серьги. 2. Височное украшение, скифское золото. 

Интервью записала Елена ЯКОВЛЕВА.