Главная » Статьи

О народном костюме, монгольских мужчинах и чистом Якутске

9 сентября 2013 Просмотров 1 441

Казалось бы, что может быть нового в народном костюме? Устоявшийся канон, повторяющаяся традиция. Но если взглянуть на этот костюм глазами специалиста, то он увидит множество различий между костюмом XVI века и XVII-го и далее по хронологии. Изучение развития и изменений народного костюма – это то, чем занимаются исследователи этой области. Светлана ПЕТРОВА принадлежит к числу этих людей. Этот год для Светланы Ивановны был отмечен выходом солидного издания «Народный костюм якутов», который она подготовила в соавторстве с дизайнером Зинаидой Заболоцкой. Такие книги не проходят не замеченными в кругу специалистов, сразу становясь предметом научных обсуждений, давая пищу для размышлений коллегам из других регионов и стран. Об этом издании мне говорили монгольские гости «Этно-Эрато-2013» модельер Сувд Банзрагч и искусствовед Арслан Саруул. Говорили с восхищением, подчеркивая не только богатство якутского костюма и ценность собранного материала, но и сам факт выхода книги.

Поэтому не удивительно, что в конце лета Светлана Петрова была приглашена в качестве почетного гостя на конкурс монгольского традиционного костюма во Внутреннюю Монголию. 2 августа в городе Туляо собрались монголоязычные народы всей Азии, чтобы увидеть все разнообразие монгольского костюма в его эволюции и изменчивости. Ведь народный костюм – это не только визуальная экзотика, но прежде всего исторический путь во времени и пространстве. Об этой поездке наш разговор с кандидатом исторических наук, доцентом кафедры фольклора и культуры Института языка и культуры народов Северо-Востока РФ СВФУ Светланой Петровой.

DSC_0168— Светлана Ивановна, поделитесь Вашими впечатлениями о поездке…

— У меня есть школа высшего мастерства, где под моим научным руководством работают мастерицы в Сунтаре, Чурапче и Якутске. На этот конкурс я пригласила двух мастериц из Сунтарского улуса, сотрудницу музея археологии и этнографии университета Татьяну Шишигину, которая тоже занимается у меня, молодого модельера Анжелику Кириллину и свою студентку-дипломницу Сахаю Никифорову. Анжелика с большим успехом выступила на нынешнем «Этно-Эрато» в Якутске. В качестве модели поехала девушка из Сунтарского улуса, которая выступила в обряде одевания невесты.

Мы очень успешно съездили. Приглашающая сторона взяла на себя все расходы, начиная с проезда, проживания в гостинице, заканчивая питанием. Этот конкурс проходит на уровне правительства Китая и проводится уже десятый год. Они приглашают монголов, калмыков, бурят, тувинцев, в этом году пригласили нас. В одной только Внутренней Монголии проживают около 50-ти коренных народностей, очень близких монголам. Все они демонстрируют свои костюмы. В этом году было около 60 делегаций, это почти полторы тысячи человек. Победители получают денежную премию -100 тысяч юаней за первое место, 60 тысяч юаней за второе место и 40 тысяч юаней за третье. Кроме этого победители получают статуэтку и сувениры.

— На какой площадке проходил конкурс?

— В туристическом центре на окраине города. А на главной площади города был парад, где перед членами правительства прошла костюмированная колонна. Очень красочное, фееричное зрелище.

— Монголы сейчас живут по всему миру, а были ли из стран Европы, Америки?

— Нет, это были монголы из азиатских стран. Что интересно, рабочий день во Внутренней Монголии начинается очень рано. В пять — подъем, в шесть — завтрак, в семь едем на репетицию. Мы выступали на второй день. Наш обряд одевания невесты вызвал большой интерес, люди подходили, расспрашивали. Мы представили исконный костюм дорусского периода — из ровдуги, меха и серебра. Десять минут шел обряд, в котором также одевали жениха. Его роль исполнял парень-монгол.

— Все это Вы комментируете?

— Я работаю с музыкальными композициями Клавдии и Германа Хатылаевых. В этот раз еще включила хомусDSC_0072 Юлияны. На эти звуки сбежалось много народу, все фотографировали, был фурор. Китайцы сказали — у вас чистая традиция. Нас очень хвалили за то, что мы изучаем, сохраняем свою культуру. Интересную коллекцию показала Анжелика Кириллина. Она работает в стиле бохо, это новый молодежный стиль, в котором смешаны элементы этно и хиппи. Показ девушек был очень эффектный, и большую поддержку оказали нам бурятские модели.

У нас было два прямых эфира на телевидении.

— Что интересовало журналистов?

— Конечно, разговор шел о костюмах, о традиции и ее сохранении. Еще их очень интересуют вопросы шаманизма. Если говорить о костюме, то мне очень понравилась коллекция баргутов. Это народ, проживающий во Внутренней Монголии, и судя по костюмам, родственный с алтайцами. Они носят тот же чэгидэк. Это длинная меховая шуба с короткими рукавами. То же набедренное украшение, к которому привязывают пуповины ребенка...

Конечно, понравились традиционные монгольские костюмы и костюмы северных монголов, в которых присутствуют шубы. Я ездила в Непал к шерпам и их традиционная одежда очень похожа на одежду северных монголов. Даже манера носить шубу одинаковая, когда один рукав болтается просто так.

— Вы увидели костюм, близкий нашему?

— Такого я не увидела. Мы показали себя совсем с другой стороны, потому мы северный народ и в нашем костюме много меха. Хотя в каких-то элементах украшений есть сходства. Например, у монголов височные украшения похожи на наши, как и нагрудное и наспинное украшение из серебра. Они тоже сделаны из пластин, с гравировкой, но форма и орнамент иные. Как скотоводы, все мы имеем набедренные украшения, которые служат для ношения необходимых вещей. Есть некоторые сходства в крое – это разрезы по бокам или сзади. В некоторых коллекциях мы увидели шапки–дьабака, но у них очень высокие. В Таттинском улусе встречаются очень высокие дьабака. Зато цвета у них очень яркие, и в этом ощущается влияние Китая и в целом Востока.

DSC_0492— Не встретили там наших эвенков?

— Встретили. Услышав хомус, они прибежали к нам и сказали, что они эвенки попали в эти края с Лены. Очень обрадовались. Разговаривали жестом и мимикой. Они не утратили свою одежду. Показали на конкурсе обряд рождения ребенка. Вся одежда из оленьей ровдуги, очень хорошо обработанная, с орнаментом. Покрой такой же, как у наших эвенков. Поэтому с научной точки зрения я собрала очень много визуального и информационного материала.

— Участники конкурса — самодеятельные мастера или профессионалы?

— В основном это самодеятельные мастерицы, которые представляли традицию. Были профессиональные модельеры, которые участвовали в номинации «Этнические мотивы в современном костюме». Что интересно, все модели тоже простые люди. Можно было увидеть бабушек 70-80 лет. Но больше всего мне понравилось, как выступают монгольские мужчины. Они так гордо носят свой костюм. Все высокие, статные. На конкурсе вообще было очень много мужчин – и зрители, и участники. Я спрашиваю у них, почему у вас так много мужчин? У нас обычно на подобные мероприятия ходят женщины. Но оказывается, Внутренней Монголии и в самой Монголии на одну женщину приходится семь мужчин. Поэтому мужчины приезжают посмотреть на женщин.

Наверное, удалось пообщаться с российскими участниками?

— Да. Калмыки показали современные костюмы с этническими элементами. У бурят была интересная коллекция «Ехор». Это молодежные костюмы для повседневной носки.

— Все пытаются найти современную форму, в которой бы воплотилась традиция?

— Это очень сложно. Ведь не пойдешь в национальном костюме на работу. Но какие-то элементы можно привнести. Сложность состоит в крое такой одежды, поэтому у нас в этом деле немножко не получается. Если делают современный костюм в стиле этно, то он для шоу и представления. В свое время Зинаида Заболоцкая этим занималась. Она очень хороший дизайнер, преподает в колледже технологии и дизайна. Может быть, впоследствии вырастут наши дизайнеры и модельеры, которые научатся работать в стиле этно, не ломая покрой.

В конструктивной части мы всегда ломаем покрой одежды. Это пошло из-за незнания костюма. У монголов этого нет. Если покрой, то сразу видно, что монгольский. У нас и украшения стали непонятные – стразы и прочие восточные элементы. Шапка ураа у нас слишком высокая, как у казахов, да еще со стразами.

— Как одеты люди на улицах Туляо?

— Можно увидеть людей в традиционных халатах, в чэгидэке. Но основная масса, конечно, в обычной одежде. Это не столичный город с миллионным населением. Столица Внутренней Монголии – Хох-Хута. Там проживает шесть миллионов человек. В основном, это монголы, и везде слышится монгольская речь.

— Внутренняя Монголия сохраняет свою культуру, язык или сильно влияние Китая?DSC_0581

— Все-таки, больше Монголия — юрты, бараны. Это бывшая территория Монголии, поэтому все традиции сохранились. Город современный, развивающийся, очень богатые постройки, много заводов, фабрик. Как нам сказали, правительство Китая оказывает большую поддержку автономии в сохранении их культуры и традиций. Китайский язык там тоже в ходу, но в основном говорят на родном.

Но что хочу сказать, что наш Якутск очень современный и очень чистый город.

— Да Вы что? А мы тут жалуемся на грязь.

— Да, я это заметила. После этой поездки поняла, что у нас не только чисто, но еще очень хорошие пешеходы и автомобилисты. Мы соблюдаем правила. В Туляо ездят без правил. Идешь на зеленый свет, и тебя могут сбить. С этой точки зрения мой город мне нравится. Но народ там очень гостеприимный. Когда узнают, что мы из Якутии, сразу меняются.

А вообще, монголы очень здоровая нация. У всех глаза яркие, светятся.

— Качество жизни высокое или иные причины?

— Видимо, причина в питании. С детских лет их очень хорошо кормят. Если у ребенка плохой аппетит, то его заставляют есть. Не доел суп – должен пробежать какое-то количество метров, а потом вернуться и доесть. Особенно, это касается мальчиков, которых растят сильными и здоровыми. Ведь жизнь кочевника нелегкая, связанная с постоянным физическим трудом. В столовой мы заказываем полпорции бараньего супа, а нам приносят большую пиалу. У нас из такой пиалы шесть человек могут кушать. У них это порция на одного. Суп из баранины, очень жирный и сытный. Конечно, очень вкусные бузы. В столовой приходилось наблюдать, как ест монгол — очень аппетитно и много. И женщины не уступают.

— Если говорить о костюме, то для чего он сохраняется? Для музеев, театров, праздников или его предназначение шире?

— Я не считаю, что только для музеев, театров и праздников. Народный костюм имеет широкопрофильное изучение и большое значение в межнациональных отношениях. Если я вижу человека в национальном костюме, то он вызывает во мне уважение и интерес. Для подрастающего поколения знакомство в национальным костюмом важно для его дальнейшего развития. Если ребенок видит человека в бурятском или якутском костюме, то он уже видит особенности, различия народов. Этот конкурс дал мне понимание того, что через костюм идет содружество народов, объединение культур.

В последнее время в нашей республике идет активное развитие традиционного костюма. И мастерицы, и члены правительства одевают костюм, а значит, они через него что-то узнают о своем народе... И здесь важно изучение якутского костюма. В этом плане мне было интересно познакомиться с опытом Монголии. Научные разработки у них очень сильные. В Улан-Баторе нас встретила Сувд Банзрагч. Она очень известная женщина в своей стране, заслуженный дизайнер, профессор, создатель компании «Mongol costumes center», имеет звание Золотой человек Монголии-2012. Благодаря ее научным изысканиям монгольский костюм вошел в число материальных шедевров мирового наследия человечества ЮНЕСКО. В Бурятии она создала проект «Торконзан». Это конкурс национальных костюмов, в котором она участвует, как модельер. В этом году вместе с дочерью искусствоведом Саруул Арслан она приезжала в качестве почетного гостя на «Этно-Эрато» в Якутск. Кстати, Саруул была на конкурсе в Туляо.

Сувд пригласила нас в ресторан, где мы очень интересно пообщались. Она предложила мне совместную экспедицию по Монголии, Бурятии и Якутии, где бы мы изучали наши костюмы. Это пока устный договор, и я постараюсь, чтобы этот проект состоялся. В Непале я нашла у шерпов следы якутской одежды. Набедренный пояс, как у нас. Элементы кроя, головные уборы, орнаменты тоже имеют сходства.

— Сувд Банзрагч выпускает свою одежду на поток?

— Мы были в ее компании, которая находится в самом сердце Улан-Батора. Центр впечатлил нас тем, что там все очень хорошо организовано. Есть швейная мастерская, фотостудия, модельное агентство, магазин, где продают не только традиционные костюмы, но и современные с этническими мотивами. Кроме этого они работают по индивидуальным заказам. Самое главное – есть музей национального костюма. Очень богатый, в котором представлены костюмы XVIII-XIX веков и этнографические материалы. Мне было очень интересно посмотреть на конское убранство, так как я изучаю и эту тему. В музеях Улан-Удэ и Иркутска я получила информативные материалы на эту тему, которые выявляют много сходств конского убранства якутов и бурят. В монгольском музее хранятся очень древние предметы. Сотрудник музея хорошо владеет русским языком, поэтому один день я посвятила экскурсии. В общем, эта поездка дала мне стимул для дальнейшей работы. Хотелось бы поблагодарить Министерство культуры и духовного развития, Театр Олонхо и заместителя директора театра Лену Валерьевну Федорову. Эта поездка состоялась благодаря их поддержке и сотрудничеству с монгольскими коллегами.

Елена ЯКОВЛЕВА.