Главная » Статьи

«Земля Олонхо» ломает стандарты

3 февраля 2013 Просмотров 905

Скоро во Владивостоке рядом с ДВФУ возведут инновационный культурный центр. В нем запланированы концертный зал, образовательная зона, где разместятся медиатека, библиотека, учебные аудитории, мастерская дизайна, компьютерный класс, видеостудия и студия звукозаписи. Все здания будут соединены теплыми переходами. Это стало возможным благодаря включению объекта в федеральную целевую программу “Культура России” на 2012—2018 годы. Финансирование проектных работ будет производиться из федерального бюджета.

Надо полагать основная идея проекта в качественном улучшении культурного досуга студентов и развитии научно-творческого потенциала университета. В последнее время вокруг научно-образовательных учреждений начинают создаваться такие инновационные центры. Где-то сдвиг делается в сторону науки, где-то в сторону культуры. Все определенно и ясно, не требует объяснений и доказательств в необходимости развития науки, инноваций и культуры. В простоте и ясности преимущества подобных проектов, которые находят поддержку и финансирование.

Если представить, что проект “Земля Олонхо” только условно носит такое название, а содержательно не несет в себе целей и задач, связанных с эпосом, то все было бы проще. На территории 68 квартала вблизи СВФУ и ЯГСХА создается инновационный комплекс, который станет площадкой для развития инноваций, науки, бизнеса и культуры в ее универсальном понимании без олонхо и духовности. Идея такого проекта была бы понятна большинству жителей республики и вряд ли встретила бы возмущение, раздражение, насмешки. Общепринятые стандарты рулят сознанием. Никто не станет сомневаться в необходимости новых технологий, наноматериалов и 3D кинотеатров.  

Руководство страны в последнее время только и говорит об этом. Сам характер рассуждений и риторики на эту тему исключает какие-либо мысли об эпическом наследии. Рассуждения имеют свойство опираться на уже имеющийся опыт. Некий обобщенный, обезличенный опыт чужого успеха, который служит ориентиром. Надо делать так, как делают в Томском инновационном центре или начинают делать во Владивостоке, и это поможет избежать ошибок и приведет к успеху. Но чужой успех неповторим – это общеизвестно. Никому неизвестны индивидуальные особенности лидеров, мотивы их творчества и движения вперед. Видна только оболочка и результат. И если один человек создал автомобильную индустрию, начав торговать спичками, то это не значит, что у второго это получится.

Здесь не будет Сколково, не будет Томского центра... Потому что здесь не Средняя полоса России, не Западная Сибирь. Особенности места здесь другие и менталитет другой. Почему за многие десятилетия советской власти и постперестроечного времени в Якутске не появилось ни одного крупного производства? То, что было, сгинуло в новое время, хотя бы тот же стекольный завод. Нерентабельно, затратно, дешевле завозить – причин много, и объясняются они прагматизмом. Но это прагматизм северного уклада, который основан на минимализации затрат. Западный прагматизм активный, действенный. Здесь пассивный, и не потому, что люди ленивые, а просто такая энергосберегающая жизнь.

Зато после перестройки с принятием суверенитета возродилась культурная жизнь, появились новые театры, ВШМ, АГИИК, цирк, национальная кинокомпания, Ысыах и олонхо И уже стало притчей во языцех, что аборигены только пляшут и поют. Обнажилась правдивая картина нашей жизни, в которой люди перестали быть безликими якутянами, а стали саха, русскими, эвенами, эвенками, украинцами…Из желания быть политкорректными мы называем себя якутянами, почти как в США, где называют себя американцами, но при этом все знают, что есть белая и черная Америки. Люди, бывавшие там, отмечают мощную энергию, которая рождается из взаимодействия этих “Америк”. Это как химическая реакция, заставляющая общество развиваться, идти вперед.

Взаимодействуя эти миры, сохраняют свой менталитет и свои ценности. Прагматичная, рациональная белая Америка снисходительно относится к черной Америке, которая пляшет, поет, не хочет работать и не чтит законов. Если не понимать все буквально, то у нас тоже сосуществуют две культуры, два мировоззрения, которые где-то интегрируются, смешиваются, где-то остаются неизменными, сохраняя свою корневую суть. И в этом главная особенность, индивидуальность нашего места, в отличие от моноэтничных регионов, где может быть, проще решать многие вопросы. Поэтому создаваемый центр во Владивостоке просто инновационный и культурный в универсальном смысле. И у нас можно было подойти к этому прагматично и рационально. Наверняка, Концепция проекта получила бы понимание и одобрение гораздо раньше. А народ отнесся бы к идее спокойно, потому как сегодня вся страна идет курсом инноваций.

Это было бы политкорректно по отношению ко всем жителям республики. Ведь олонхо – якутский эпос, и многие этносы республики не имеют к нему никакого отношения. Так зачем же строить такой грандиозный комплекс, который позиционирует только якутскую культуру?

Мне приходилось бывать в некоторых  русских городах, и если бы встал выбор между Псковом и Магаданом, то, выбрала бы для жизни Псков. Не люблю безликие города, лишенные культурной идентичности. Ничего плохого не хочу сказать про Магадан, скажу лишь хорошее про Псков, где на каждом шагу ощущаешь дыхание истории и культуры. Стены древнего Кремля, храмы, музеи, архитектура – все имеет ценность, которая придает ценность современной жизни. То же самое можно сказать о Новгороде, Смоленске. В городах, где нет места русской культуре и истории, не просто серо и безлико, но часто маргинально и депрессивно. Там безвкусица и субкультура в самых худших ее проявлениях – когда высоким стилем становится русский шансон, а к культуре приобщаются через телевизор.

Если б двадцать лет назад Михаил Николаев и Андрей Борисов не уловили  массовое сознание якутов и не ответили на его потребности Ысыахом, осуохаем, театрами, Высшей школы музыки, Арктическим институтом, то неизвестно, как бы выглядел сейчас Якутск и его жители. Якуты никуда бы не исчезли. Они бы продолжали мигрировать в столицу и без культурной среды, превращались бы в манкуртов, мамбетов, людей без роду и племени, которые легко становятся асоциальной массой, а в лучшем случае, захолустными обывателями.

Сегодня, несмотря на бытовую неустроенность, Якутск является культурной столицей. Что касается разрухи в 17 квартале, отсутствия моста и детских садов, то дело не в “Олонхолэнде”. Три года назад началась работа над идеей проекта, но многие десятилетия не решается вопрос с мостом, 17 кварталом, капитальным ремонтом объектов ЖКХ, плохими дорогами. Громкое звучание проекта лишь заставило обратить внимание на извечные проблемы. Даже если не будет “Олонхолэнда”, то еще не скоро ЖКХ будет работать безаварийно, а дороги будут, как в Европе.

Каждая отрасль имеет свое финансирование, свое руководство и особенности. И если проекты и программы в ведомстве ЖКХ или дорожного строительства не привлекают массового внимания, а огрехи их деятельности не так видимы, то проекты министерства культуры – это всегда публичность и пиар. Культура – инструмент влияния на общественное сознание, а  оно всегда остро реагирует, когда на него влияют с помощью телевидения, идеологии, фильма или скандальной инсталляции. Любой продукт культуры реализуется только при участии зрителя, читателя, грубо говоря, потребителя. Без него нет театра, музея и романа. Поэтому мы все участвуем в этом процессе и решаем нужно это ли нет.

Нужен ли проект “Земля Олонхо”? Скорее всего, нужен, если рассматривать только науку, инновации, технологии и бизнес. Никто не против улучшения качества жизни, а значит, спрос на это есть. Но каким боком сюда прибилось олонхо? Есть ли спрос на якутский эпос? Для многих жителей республики и столицы – нет. И если начать говорить, что олонхо – это наше все, духовное наследие и памятник, признанный ЮНЕСКО, который надо сохранять, то это уже будет выглядеть демагогией, которая вызывает у некоторых раздражение. Но если сказать, что олонхо – это нечто незначительное и ненужное в современной жизни, то это вызовет у многих гнев, и скорее всего, среди тех, кто будет раздражен возвеличиванием эпоса.

Многие якуты не читали и не интересуются олонхо, но при этом признают его важность для якутской культуры. Они понимают, что эпос символизирует в якутском мире очень важные смыслы. Возможно, даже заполняет пустоты нашего сознания, когда приходится возрождать себя из исторического небытия. История дорусского периода якутов плохо известна самим якутам, и до сих пор у якутских историков нет единого мнения по этому поводу, которая могла  бы оформиться в учебное пособие или научно-популярное издание. На эту больную мозоль очень удобно давить, говоря о молодости народа, намекая на отсутствие своего исторического пути, который предшествовал вхождению в Россию. Действительно ли, за плечами якутов опыт исторического небытия или опыт какой-то катастрофы, породивший всеобщую амнезию? Если ученые скажут, что это бред, что все было, тогда почему же они не напишут об этом народу? Только историческая пустота дает возможность появляться разным бредовым идеям и домыслам.             

В такой ситуации, когда мы не знаем своей истории, а значит, не нашли своего места в мире, мы пытаемся прорваться куда-то вперед, говорим об инновациях, новых технологиях и бизнес-проектах. Все это выглядит более важным и насущным, чем историческое невежество и рефлексии по этому поводу. Но очень сложно решить такие задачи, не зная, кто ты, откуда и зачем…По этому поводу очень хорошо сказал Александр Архангельский в интервью “НВ”, подчеркивая важность гуманитарного, исторического, философского мышления для руководства страны. Видеть мир объемно, а не плоско, оперируя лишь цифрами и показателями.

Могут ли якуты видеть мир объемно, в его исторических взаимосвязях, где бы история якутов не выглядела набором разрозненных фактов и предположений, а была бы реальностью для построения новых миров и концепций? Сложно ответить. Только на уровне ощущений и переживаний можно представить тот мир, понимая, что историческая реальность обернется исторической утопией.

Не помню, кому принадлежат эти слова, но уместно их вспомнить: «Смерть эпоса и его отблеск, историческое воспоминание о нем озаряет его наследников, не имеющих собственной истории…»

Кажется, что сказано про нынешних якутов. Возродить олонхо, чтобы вспомнить. Чтобы тьма прошлого была озарена отблеском ушедшего эпоса…В таком случае олонхо больше, чем эпос, больше, чем фольклор и предания. Поэтому такое значение придается олонхо, ожидается от него больше, чем иные народы ожидают от своего эпоса. Олонхо стало своеобразной якутской идеей. В отсутствии российской идеи и идеалов, олонхо символизирует общую память и общие ценности якутов.

И сколько бы сегодня ни говорили в России о модернизации экономики, без высоких идей и идеалов вряд ли что-то получится. Западный рационализм и прагматизм никак не приживается – другая религия, история, другое наследство. Их дедушки и бабушки оставляли потомкам фабрики и заводы, банковские счета и особняки. Дедушки и бабушки в нашей стране не смогли оставить даже своей веры в идеалы, все пошло прахом вместе с заводами и фабриками. Остались великая история, литература, наука, благодаря чему народ России верит в возрождение и благополучие.

Сегодня республика пытается стать “динамично развивающимся регионом”, решаются экономические задачи, осваиваются новые понятия, вроде инвестиций, народ учится быть прагматичными и рациональными. Пока это дается с трудом. Если взглянуть на прошедшие двадцать лет, то многое, что создавалось из сугубо прагматичных соображений, разорилось, развалилось. Все якутские банки – “Саха Кредит Банк”, “Саха-Даймонд Банк”, “Билии Банк”, “Сир Банк”, ряд производственных предприятий не смогли выжить. Сегодня “Олонхолэнд” называют колоссом на глиняных ногах. Но такими колоссами оказались предприятия, мотивированные на прибыль, конкуренцию и решение экономических задач. Некоторые из этих банков и предприятий поддерживались бюджетом, но даже это не помогло.

Может, нет понятия культуры в широком смысле. Ведь культура всепроникающа и с ее помощью можно определить, что пробуждает волю к действию, делает народ мобильным и эффективным. Становление западной цивилизации произошло благодаря протестантизму, который заповедовал под страхом Божьей кары труд и обогащение. Нам это не подходит, у нас нет исторической и религиозной преемственности. Мы живем в состоянии неопределенности, где-то между автократией и демократией, рыночными отношениями и государственно-олигархической монополией, между тягой к новому и стремлением сохранить традиционное. А в нашей республике постоянно топчемся у хрупкого моста под названием “политкорректность и толерантность”, пытаясь пронести через него ценности глобального мира, русской цивилизации и якутской культуры. Боимся, что мост не выдержит всех “хотелок” и рухнет. От одного только слова “Олонхолэнд” раздается скрип, намекая на несовместимость то ли слов, то ли внутренних смыслов.

Но если мы хотим перейти на тот берег, которое обещает идеальное будущее, надо пронести все ценности и в этом будет заключаться уникальность нашей республики, которая воплотится в “Земле Олонхо”. Здесь никто ничего не гарантирует. Нет гарантий, что на аттракционы будут очереди, технопарк будет выдавать инновационные технологии, бизнес начнет оплодотворять искусство, создавая креативный продукт, а Международный Центр Олонхо станет мировым брендом. Это пока амбициозная мечта. Но она абсолютно точно выражает идеал культурной матрицы, в которой воплотилась бы историческая и культурная преемственность нашего мира. Ведь только технопарк — это производство и завод. Только Международный Центр Олонхо – этнографический музей, интересный специалистам и пожилым. Аттракцион без олонхо – еще один парк культуры. Мастерские народных промыслов без новых технологий – их продукт уже не находит рынка сбыта.

Подозрение, что «Олонхолэнд станет распилом бабла» лишний раз подтверждает, что в нашем сознании идея коррупции пока держит верх над идеей великих свершений. Не исключено, что борьба этих идей разгорится на «Земле Олонхо». Это будет настоящий огонь, который либо уничтожит все наши мечты и надежды, обратив все в пепел, либо пламя этого огня будет гореть равномерно и долго, символизируя созидание и процветание.

Елена ЯКОВЛЕВА.