Главная » Статьи

«Земля Олонхо»: между Лондоном, Астаной и Москвой

11 апреля 2013 Просмотров 1 830

Любое профессиональное сообщество, как и любой человек, испытывает интеллектуальный и информационный голод без общения с близкими по духу людьми. Наш проект на протяжении трех лет прорастал из внутренних ресурсов, внутреннего потенциала нашего народа, традиционной культуры, научного и творческого сообщества. Но в какой-то момент возникала потребность в свежих мыслях и новом взгляде, которые возможны только извне. Поездки в другие города, общение на форумах и конференциях дают возможность представить проект для потенциальных инвесторов, но потенциальный инвестор, к сожалению, не всегда оказывается близким по духу и взглядам.

серик журав борПоэтому когда 5 апреля на II научно-практическую конференцию «Земля Олонхо: предпроектные задачи» приехали гости из Лондона, Астаны и Москвы, было ощущение, что проект открывается по-новому. Теперь уже извне – глазами британского креативного экономиста, казахских архитекторов и московского эксперта-интеллектуала. «Земля Олонхо» оказалась внутри этого треугольника, стороны которого символизируют три разных значения и смысла. Лондон – мировая столица финансов, мекка культурных индустрий, законодательница трендов буквально во всем. Астана – амбициозная столица Казахстана, позиционирующая себя центром Евразии, город, чья умопомрачительная архитектура выросла на просторах Великой степи и символизирует возрождение тюркской цивилизации. Москва – столица нашей Родины, город, где сосредоточены лучшие умы России и без их мнения и взгляда никак не обойтись.

Эти три смысла должны сойтись в «Земле Олонхо», и кажется, что совсем не случайно руководители и авторы проекта Андрей Борисов, Лена Федорова, Николай Алексеев познакомились с Джоном Хокинсом, Сергеем Журавлевым, Сериком Рустамбековым, Сагындыком Джамбулатовым, Айтуаром Оспановым. Ведь все эти годы только и говорится об инвестиционной привлекательности проекта, о коммерческой рентабельности культурных индустрий и инновационных разработок. Говорится о том, что проект должен привлечь внимание российского правительства и стать примером для создания подобных комплексов в других национальных регионах. Но прежде всего, говорится о возрождении якутского эпоса в новом формате. Как удачно сказал господин Хокинс, креативность появляется тогда, когда очень старая идея сталкивается с новой идеей, тогда старая идея может быть рассказана новым способом. Это главный смысл проекта, заложенный в его концепции, но еще не понятый многими людьми. Как часто бывает, мы привыкли не доверять себе, своим людям – мол, что опять придумали среди нищеты и разрухи…Такие настроения с одной стороны нужны и полезны, чтобы не отрываться от земли и соединять красивые идеи с земными потребностями людей и законами экономики. С другой стороны, эти настроения — свидетельство того, что в идее проекта есть слабые места. Слабым местом может быть сам город Якутск, который на взгляд людей, еще не дорос до такого амбициозного комплекса. Слабым местом может быть еще не проработанная до конца экономическая сторона проекта, для чего требуются средства. Слабым местом может быть просто Время, которое еще ждет своего часа.

Когда казахский архитектор Сагындык Джамбулатов рассказал об идее проекта «Менги ел» ( «Вечная земля» или «Вечный народ»), профессор Ульяна Винокурова с искренним недоумением спросила – почему такая блестящая идея еще не воплотилась? Все оказалось банально – пока нет средств на реализацию комплекса, который  представляет архитектурно-пространственную модель идентификации общетюркской этнической истории.  Но в Казахстане наступило Время, когда казахский дух и стиль начал выражать себя в архитектуре, и настанет час, когда «Менги ел» появится в Астане. Тогда все тюрки будут стремиться увидеть этотДжамбулатов_1 поистине грандиозный комплекс, в котором вся история кочевой цивилизации воплотится в современных формах и технологиях. Казахам в этом смысле повезло – они живут в том пространстве, которое исторически было тем котлом, где мир кочевников переплавлялся из одной цивилизации в другую. Считая себя наследниками ариев, гуннов, скифов, великих тюрков, Золотой Орды,  казахские архитекторы выдали действительно блестящую идею, которая способна привлечь туристов со всего мира. Но это выражаясь приземленным языком практиков. А если говорить высоко, то способна зажечь сердца любого, в ком не изжита тоска по утраченному миру, тоска не опустошающая, а вдохновляющая, когда слыша голоса прошлого, ощущаешь подлинность мира, в котором сегодня многое кажется подменой. Подлинное было там, и это подлинное реконструируют и возвращают такие люди, как Сагындык Джамбулатов.

Слушая этого человека, глядя на великолепные эскиз-проекты «Менги ел», понимаешь, что «Земля Олонхо» — это не амбиция группы людей, а трагедия целого народа, оторванного от своей подлинной истории. Ведь из похожих мотивов появились эти проекты – материализовать историческое прошлое, утолить голодные сердца, жившие многие десятилетия в серости и неопределенности. Но в отличие от казахов, которые считают свою историю трагической, якуты ее таковой не считают. Скорее всего, от незнания. А это еще более трагично. Надо научиться жить с этим, и это гораздо сложнее, чем найти миллиарды и построить здания на «Земле Олонхо».

Гуманитарный и интеллектуальный кризис неявен, незаметен, потому что не бьет по карманам, не пробивает дыр в бюджете. С ним можно жить. Почему подумалось об этом? Потому что видеоролики, где Астана поражает какой-то небесной устремленностью, демонстрируют отношение казахов к духовным и культурным ценностям. Великолепные театры, музейные комплексы, скульптурные сооружения, духовные центры – все это может показаться компенсацией кочевого прошлого, в котором не было дворцов и храмов, и сегодня нация решила показать всему миру, что это есть и было, но проявлялось в других формах. Кому-то может показаться чрезмерным это подчеркивание национального, традиционного – когда в стекле и бетоне угадываются шатры, солярные знаки, мифические птицы, древние орнаменты… Но в этом проявляется смелость и независимость мышления казахов, которые вовсе не считают, что правильно только европейское. Впрочем, хватает и европейских небоскребов, но они все равно какие-то восточные. Эта неосязаемая грань между национальным и универсальным  есть та тонкая линия, по которой проходит интеллектуальная мысль, духовное усилие. Когда видишь здание кафе, где нет ни одной лишней детали, но в этой лаконичной форме угадывается птица, священная для казахов, то понимаешь, что и хай-тек можно соединить с сакральностью. Но для этого надо пройти определенный путь, и народы, которым по воле истории пришлось догонять первый мир, перепрыгивая через целые куски собственного развития, поставлены в очень жесткие условия – когда надо в своем уме и душе соединить этот распадающийся мир. Не впадать примитивно в прошлое, традиционное. Не копировать примитивно западное. А постоянно преодолевать этот гуманитарный и интеллектуальный кризис, находясь в пограничной ситуации. Казахам это  удалось. Потому что в их архитектуре, да и в их словах, видна зрелая мысль народа о самом себе.

Когда говорят о «Земле Олонхо», многие видят лишь экономическую сторону, но мало, кто видит культурную провокацию. Можно ведь построить отдельно Театр Олонхо, отдельно — студию дизайна или технопарк. Но зачем это соединять в одном месте? -спросят некоторые. Как говорит, искусствовед Анна Петрова, этот проект должен показать, что традиционная культура может жить в современных формах. И тут опять скажут – можно построить Театр Олонхо, используя традиции и современность, зачем нужен технопарк? Загнать в угол авторов проекта легко, потому что действительно проще строить все по отдельности. Но культура всегда возникает из сложности. В нашем случае возникает на той тонкой грани между национальным и универсальным. Из культурной сложности возникают цивилизации. Об этой сложности говорили на протяжении нескольких часов участники конференции, собравшиеся в Арктическом государственном институте искусств и культуры. И в первую очередь наши гости.

djonДжон ХОКИНС, бакалавр искусств в области международных отношений, автор мирового бестселлера «Креативная экономика. Как делать деньги из идей?», профессор Шанхайской школы креативности, заместитель председателя Британского Совета экранных искусств, член Консультационного совета по креативности ООН:

«Благодаря Лене (Л.В.Федорова) и Андрею Борисову, с которыми я встретился в Китае, я оказался на этом проекте. Я был счастлив работать в Москве. Мне интересно, как вы и я смотрим на этот проект. Мы должны думать, куда мы идем. Работая над большим проектом в Пекине, я постоянно спрашиваю себя — над чем мы работаем, чтобы сделать жизнь лучше… Мне очень нравится эта картина, где парень сидит и смотрит на мир (Хокинс смотрит на картину, где возле старого балагана изображен юноша, глядящий в даль). Мне интересно, что бы он хотел увидеть в нашем проекте? Будет ли этот проект местом, в которое мы возвратим нечто специфическое, либо это станет новым центром города? Что есть такого в нашем проекте, чего мы не можем сделать в другом месте? В последние несколько лет теряется связь между бизнесом и отдыхом. Они стали совершенно разными сферами. Мы должны воссоединить эту связь в проекте.

В нашем комплексе новые здания должны быть совершенно другими, чем это было 20 или 100 лет назад. Они должны соответствовать духу времени. Когда я вижу перед собой чистый лист, то задаюсь вопросом – какова будет плотность застройки, какими будут пешеходная и транспортная инфраструктура, в каком стиле будут здания? Если взять историю развития архитектуры театров, то можно увидеть, как меняется архитектура от общения актеров со зрителями. Меняются взаимоотношения актеров и зрителей. Это влияет на дизайн зала, сцены. Когда мы будем воплощать элементы истории и культуры в здания, то должны обратить на этот момент внимание. Потому что меняются наши взаимоотношения с традиционной культурой и историей.

В Пекине у нас есть музей культурных артефактов. Мы сортируем там старые культуры, но я ожидаю будущего. У меня есть идея музея будущего, где должны быть собраны объекты, символы, идеи, которые мы хотим видеть в будущем. Это звучит бредово. Но многие большие официальные здания страдают тем, что они слишком серьезны. Я хочу, чтобы мы стали более веселыми, открытыми, творческими. Чтобы люди могли жить и работать в такой атмосфере».

Сагындык ДЖАМБУЛАТОВ, профессор Международной академии архитектуры (Москва), творческий директорсагындык проектно-производственной компании «Санар» (Астана):

«После того, как у нас в Астане гостили ваши архитекторы и Лена Валерьевна, и за этот короткий период в Якутске мы получили большую пищу для размышлений. Мы, архитекторы, занимаемся практической работой, и если начнем говорить о сакральности и ментальности, то нам скажут – о чем вы говорите, мы занимаемся практическими делами… Мы все из одного советского котла. Поэтому привыкли не брать во внимание такие моменты. Но в 1997 началось строительство Астаны, а в 2006 году наконец-то наши казахские архитекторы выходят на арену. Мы создаем духовный центр «Алтай», и тогда понимаем, почему народ критикует город. А где казахский дух, стиль, где казахская архитектура? – спрашивает народ.

Я как человек, интересующийся историей, начинаю этим заниматься. Президент дает задание создать «Аллею тысячелетия», и мы, группа архитекторов, создаем проект-идею.  Но при этом выдвигаем свою идею комплекса «Менги ел». Это как раз то, что делаете вы в своем проекте «Земля Олонхо». У нас начинаются теоретизирования, которые продолжаются второй год. В 2008 году я докладываю Назарбаеву о нашем проекте, но нет денег, тишина. Вам очень повезло – у вас министр культуры, ученые участвуют в проекте. У нас только архитекторы. Но вы окунаетесь в такую тяжелую работу… Когда мы начали над этим работать – оказалось, что надо заниматься исследованиями карты номадов, гуннов, скифов, всю мифологию исследовать, историю материальной культуры…

Сначала мы назвали проект национальным, но это неправильно. Казахи входят в общетюркское, да еще во внутри-евразийское сообщество. Мы были связаны с Ираном, со славянами. Поэтому исторический анализ со всеми моментами строительства, материальной культуры, семантики декора – все это вы будете проходить. Как применить на практике? Для этого нужно обоснование в реальном проектировании. Здесь большая работа с системой зданий, поселений, орнаментов и создание образов…

Что требует мэр города? Учебно-воспитательные центры, спортивно-развлекательные места, где должны находиться туристы. При решении комплексов «Менги ел» и «Земля Олонхо» решаются все проблемы города. Теперь о финансовом вопросе. Если превратить комплекс в музей, то будет убыточно. Мы решили 80%  комплекса перевести на коммерческую основу. «Земля Олонхо» тоже не должна этого игнорировать. Если все будет духовным и сакральным, никто не придет. Все должно быть комплексно.

Сагындык Смаилович демонстрирует на экране эскиз-проекты комплекса и продолжает рассказ:

Арийский период — это 14 гектаров в комплексе в «Менги ел». Это самый древний период. Это шаманизм. И здесь в основном отражены сакральные моменты, древняя мифология. Каждый сектор — это немного истории, а остальное даем бизнесменам.

птицаСкифский период. Здесь мифологическое сооружение Алтын Адам – золотой человек. Скифы известны своими золотыми изделиями. В каждом секторе мы ищем центральную идею. Поэтому в центре всей композиции магазин золотых изделий. Этот период для нас архитекторов представляется светлым, солнечным, поэтому, он выглядит, как ожерелье. Мы начинаем искать формы. Это шикарные формы, это звериный стиль.  Появляется скифская птица, где размещается картинная галерея. Скифы – это культ солнца. Символ солнца –  это кафе из камня со смальтой.

Гуннский период – период могущества кочевников. От гуннского периода осталась Китайская стена, вал на Западе, Атилла…Я нашел кое-какие памятники в Европе. Здесь идут прототюрки. Это наша и ваша история. Это был самый мужественный, великий период. Период воинов. Мы решили, что должен быть центр единоборств, где молодежь будет заниматься спортом, различными видами единоборств. Прежде всего, это должен быть дух. Об этом я говорю бизнесменам.

Эпоха великих тюрков. В центральной части  делаем стелу «Время тюрков». Предлагаем идею общетюркской академии, где центральная часть  сакральная – там мы ставим всех великих тюрков. Можно символически отразить олонхо. В другой части находится тюркский музей. В центре пространства бизнес-центр. Здесь банки тюркских стран, инвестиционные компании. Музейная часть входит в бизнес, который должен его содержать. Необходимо показать кочевников. Все должно быть реальным, живым. Можно пойти в ресторан казахской кухни, в узбекскую чайхану. Любой тюрк может здесь найти себе место.

Мы, казахи, собираем и делаем. Но подключаем алтайцев, русских, татар. Вашего Тыгына мы не знаем, но хотелось бы узнать. Он тоже мог бы войти в музей тюрков.

Золотая Орда. Мне казалось, что об этом периоде меньше всего известно. Но пришлось с московскими археологами участвовать в раскопках городов Золотой Орды. Огромный материал. Для тюрков этот период оказался золотым. Десятки памятников остались. У нас находится захоронение Джучи-хана. В музейной части 20%  обязаны сделать бизнесмены. Наш национальный султан Бейбарс стал правителем Египта, после того, как был там пленен. Я не поленился и поехал в Египет, чтобы посмотреть на банный комплекс, построенный в  XII веке во время его правления. Мы воссоздаем такой комплекс Бейбарса в секции Золотой Орды.

Казахское ханство – это огромное количество юрт. Символическим центром является центральная стела со словами Мудрость, Свобода, Сила и Братство. Памятники двум основателям казахского ханства и башня кочевников – это историческая часть.

Современный Казахстан. Эту часть мы сейчас разрабатываем. Современный Казахстан — это прежде всего, толерантность. Сейчас мы должны только строить и созидать. Соревнования должны быть только в мозгах. Центр единства народов Казахстана, аллея великих деятелей Казахстана… Мы не должны, как в советский период говорить, что Брежнев плохой или Алиев…Алиев великий деятель. В этой секции будут центр информационных технологий, центр космических технологий.

В связи с тем, что в 2008 году остановилась эта программа, мы получили приказ строить рядом с Аллеей тысячелетия жилой комплекс».

Модераторами конференции выступили Сергей ЖУРАВЛЕВ, руководитель всероссийского проекта «Российский Домлф жур будущего» рейтингового агентства «Эксперт» (Москва) и Лена ФЕДОРОВА, руководитель дирекции реализации проекта «Земля Олонхо», заместитель директора Театра Олонхо. Сергей Евгеньевич уже не первый год сотрудничает с якутским проектом, и его мнение всегда очень точно обозначает ситуацию. Сергей Журавлев:

«Если вы заметили, то перед вашими глазами прошел этап казахской градостроительной школы. Одним из важнейших факторов возрождения национального самосознания  является перенос столицы. В истории перенос столицы всегда приводил к радикальным переходам в архитектуре, когда возникали совершенно другие города. Так было с Петербургом… Поэтому возрождение или рождение якутской столицы из советского регионального центра происходит сейчас, когда вы реализовываете проект «Земля Олонхо». Новая столица может состояться, когда вы социо-культурную модель перенесете в архитектуру. Только местная архитектурная школа может это сделать.

…В современном мире функции очень перемешиваются. Жилье и работа становятся все ближе. В какой момент мы работаем, в какой отдыхаем — иногда сложно понять. В этом суть креативной экономики. Когда мы говорим о «Земле Олонхо» все участники как бы оказываются в театральной среде. Все пространство, вся функциональная многозначительность – это создавать такую ауру, находясь в которой, люди получали бы коммуникативную энергию от общения друг с другом.

Сегодня архитектурная мысль многие социальные проекты экономически связывает с коммуникативным замесом, чтобы люди находясь внутри пространства, становились активными экскурсоводами этого пространства. Если мы хотим быть на пике моды, то должны создать такой артефакт. Главное чтобы вам самим было интересно и не скучно, не то,  чтобы гости, а вы сами».

асбКонечно же, гости познакомились с мнением о проекте наших ученых, архитекторов, общественных деятелей. Среди которых доктор социологических наук, профессор АГИИК Ульяна ВИНОКУРОВА, доктор филологических наук, профессор СВФУ Василий ИЛЛАРИОНОВ, председатель правления Союза архитекторов РС(Я) Николай АЛЕКСЕЕВ, директор Уус Диэтэ (Дом кузнеца) в с.Баяга Борис НЕУСТРОЕВ –Мандар Ус  и руководители проекта Андрей БОРИСОВ и Лена ФЕДОРОВА.

Андрей Борисов говорил о роли пространства культуры в нашей жизни, цитируя строчки Пастернака: «Цель творчества – привлечь любовное пространство и услышать будущего звук…»

— Остро начинаю ощущать то, что мы перестали общаться с пространством и пониманием его. Особенно в нашем городе. Когда созрела идея «Земли Олонхо» мне важно было в этом проекте сформулировать духовное пространство…- говорил Андрей Саввич, подчеркивая особенную роль в этом пространстве Театра Олонхо.

Возможно, в будущем кому-то доведется побывать в Казахстане и увидеть воплощенный «Менги ел», а кто-то побывает в Лондоне, где квартал креативных индустрий является самым популярным и модным местом. Тогда вернувшись в Якутск, он задастся вопросом – почему же в его родном городе нет ничего подобного?

Елена ЯКОВЛЕВА.

Фото Виктории НЕУСТРОЕВОЙ.